catalog / Jurisprudence / Criminal Law and Criminology; penal law
скачать файл: ![](/design/img/wordl.gif)
- title:
- Семенов Тимур Владимирович. Уголовно-правовые запреты в сфере корпоративных отношений: социальная обусловленность и законодательное конструирование
- Альтернативное название:
- Семенов Тимур Володимирович. Кримінально-правові заборони в сфері корпоративних відносин: соціальна обумовленість і законодавче конструювання
- university:
- Национальный исследовательский университет Высшая школа экономики
- The year of defence:
- 2016
- brief description:
- Семенов Тимур Владимирович. Уголовно-правовые запреты в сфере корпоративных отношений: социальная обусловленность и законодательное конструирование: диссертация ... кандидата Юридических наук: 12.00.08 / Семенов Тимур Владимирович;[Место защиты: Национальный исследовательский университет Высшая школа экономики], 2016.- 221 с.
Содержание к диссертации
Введение
Глава 1. Социальное и правовое содержание уголовно-правовых запретов в сфере корпоративных отношений
1.1 Понятие и правовая природа корпоративных отношений 15
1.2 Понятие и виды уголовно-правовых запретов в сфере корпоративных отношений 31
1.3 Социальная обусловленность уголовно-правовых запретов в сфере корпоративных отношений 51
1.4 Уголовно-правовые запреты в сфере корпоративных отношений: сравнительный анализ законодательства России и некоторых зарубежных стран 85
Глава 2. Законодательное конструирование отдельных уголовно-правовых запретов в сфере корпоративных отношений
2.1 Конструирование уголовно-правовых запретов в сфере учета прав на ценные бумаги 115 2.2 Конструирование уголовно-правовых запретов фальсификации единого государственного реестра юридических лиц 131
2.3 Конструирование уголовно-правовых запретов фальсификации решений органов управления корпорации или принуждение членов ее органов управления 155
Заключение 182
Список использованной литературы и источников 191
Понятие и виды уголовно-правовых запретов в сфере корпоративных отношений
Указанное позволяет утверждать, что расширение предмета гражданского права, произошедшее в рамках реформы, требует соответствующего адекватного осмысления. Во-вторых, эти отношения являются частными и основаны на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности. Отсюда следует, что административные отношения, возникающие при эмиссии ценных бумаг, совершении регистрационных действий в налоговых органах и т.д., основаны на власти и подчинении, а значит не могут считаться частными (корпоративными). В-третьих, анализируемые общественные отношения не являются предпринимательскими, для их возникновения лицо не обязательно должно иметь статус предпринимателя. В-четвертых, корпоративные отношения могут быть как имущественными, так и неимущественными. Ключевым здесь выступает содержание прав участников, поскольку они бывают также имущественные (право на получение прибыли, дивидендов и т.д.) и неимущественные (право на получение информации об обществе, на созыв общего собрания и т.д.). В-пятых, рассматриваемые отношения разделены на подвиды. При этом важно подчеркнуть, что необходимость разделения корпоративных отношений на различные виды уже обосновывалась в гражданско-правовой доктрине38. Как видно, из содержания внесенных в ГК РФ поправок, рассматриваемые отношения предлагается понимать в их классическом, бесспорно и всеми признаваемом узком значении, т.е. посредством определения через, во-первых, участие в корпоративной организации, во-вторых, управление корпоративной организацией. На наш взгляд, законодатель пошел по пути квалификации корпоративных отношений через их статику – участие (членство) и динамику – корпоративное управление.
В настоящее время большинство авторов рассматривает участие в корпорации сквозь призму поведенческой модели, поскольку под ним понимают реализацию участником своих прав и обязанностей по отношению к корпорации: прав на управление, на участие в распределении прибыли и т.д. Иной точки зрения придерживается Р.Р. Ушницкий, считающий, что участие в корпорации – особый вид материального блага, поскольку: 1) обладает потребительской и меновой ценностью; 2) оборотоспособно; 3) требует легитимации его обладателя; 4) носит бессрочный характер; 5) нуждается в особой правовой охране39. Это благо не имеет материальной оболочки и не может рассматриваться в качестве вещи, а ценность состоит в совокупности предпосылок, которых оно предоставляет, поэтому с Р.Р. Ушницким стоит согласиться.
Кроме того, с 01.09.2014 г. Гражданский кодекс РФ дополнен статьей 65.2, которая вводит в законодательство категорию «право участия в коммерческой корпорации» наряду с ранее существовавшими только способами обозначения таких прав (акция, доля, пай). Согласно п. 3 данной статьи, если иное не установлено настоящим Кодексом, участник коммерческой корпорации, утративший помимо своей воли в результате неправомерных действий других участников или третьих лиц права участия в ней, вправе требовать возвращения ему доли участия, перешедшей к иным лицам, с выплатой им справедливой компенсации, определяемой судом, а также возмещения убытков за счет лиц, виновных в утрате доли. Таким образом, отношения участия в корпоративной организации выступают не только абстрактной частью корпоративных отношений, но и, по мнению законодателя, могут быть облечены в форму субъективного права, содержанием которого являются конкретные социальные блага.
На наш взгляд, эти подходы могут быть объединены. Участие в корпорации действительно является благом, специальным обозначением (закреплением) которого является акция, доля и т.д., а конкретным содержанием данного блага будут явления фактического рода – поведение участника в рамках корпорации и реализация им своих прав и обязанностей. Такой подход позволит одновременно оценивать такое участие и как правомерное или неправомерное поведение (в случае злоупотреблении правами, принятии решений об исключении из корпорации).
В современном философском понимании управление – воздействие на управляемую систему в целях упорядочивания или достижения определенного результата. Хотя законодатель упоминает в качестве корпоративных отношений два элемента – участие и управление, по нашему мнению, их основой является именно участие в корпорации, а второй элемент выступает производным.
В юридической литературе управление корпорацией наиболее часто раскрывается через «управление имуществом», «управление деятельностью и делами корпорации», «корпоративное управление». Для целей выявления сути управления корпорацией наибольший интерес представляет корпоративное управление, поскольку управление делами корпорации – более широкая категория.
Полагаем, что в рамках участия в управлении корпорацией можно выделить две группы отношений: 1) отношения участников корпорации по управлению ею; 2) отношения между корпорацией и лицами, осуществляющими функции органов управления. Корпоративное управление – это некоторая модель, обеспечивающая как достижение согласованных целей участников управления, так и наиболее эффективное функционирование корпорации в целом.
Социальная обусловленность уголовно-правовых запретов в сфере корпоративных отношений
Общий анализ социальной обусловленности уголовно-правовых запретов в сфере корпоративных отношений сквозь призму факторов криминализации. Основываясь на такой теоретической позиции, далее постараемся выяснить, в какой мере законодатель учел данные факторы при установлении действующих запретов в сфере корпоративных отношений. Однако сразу же оговоримся, что в рамках настоящей работы мы придерживаемся мнения, согласно которому при анализе социальной обусловленности уголовного закона вышеуказанные факторы учитываются не сами по себе как таковые, а в целом, в совокупности. Иными словами, общий вывод об обоснованности включения запрета в УК РФ должен делаться исключительно исходя из оценки всех критериев.
Основополагающим фактором криминализации любого деяния тради ционно признается его общественная опасность98. К сожалению, в юридической литературе не выработано единого подхода к определению этой категории.Ученые лишь сходятся во взгляде на то, что общественная опасность характеризуется главным образом способностью причинить вред общественным отношениям, охраняемым уголовным законом, причем неко торыми авторами акцентируется внимание, что такой вред должен быть су щественным
Рассматриваемой категории присущ объективный характер, т.е. независимость от сознания человека, законодателя, правоохранительных органов либо суда. Законодательные и судебные органы лишь фиксируют наличие этого свойства у того или иного явления, благодаря чему общественная опасность получает объективное выражение.
В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» характер общественной опасности преступления определяется уголовным законом и зависит от установленных судом признаков состава преступления. При учете характера общественной опасности преступления следует иметь ввиду прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом социальные ценности и причиненный им вред. Иными словами, нижестоящие суды должны учитывать объект посяга-тельства.Степень общественной опасности преступления, по мнению высшей судебной инстанции, устанавливается в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности, от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, роли подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, от вида умысла (прямой или косвенный) либо неосторожности (легкомыслие или небрежность)100.
Не вызывает сомнений, что общественная опасность нарушения уголовно-правовых запретов в сфере корпоративных отношений обусловлена главным образом значимостью общественных отношений и благ, которым причиняется преступный вред. Несоблюдение исследуемых запретов причиняет вред как собственно отношениям, связанным с участием (членством) в корпоративной организации или управлением ею, так и нормальному порядку осуществления деятельности налоговых органов в области государственной регистрации юридических лиц, а также отношениям службы в указанных органах (только ст. 2853 УК РФ).
Анализ правоприменительной практики показывает, что часть данных преступлений в последующем выступает необходимым условием совершения иных более тяжких преступлений рейдерской направленности. Ряду преступлений (мошенничество, фальсификация единого государственного реестра юридических лиц, реестра владельцев ценных бумаг и системы депозитарного учета, решений общего собрания участников и заседания совета директоров (наблюдательного совета) хозяйственного общества) присущ специфичный способ – подлог или обманный характер действий. Кроме того, данные деяния носят умышленный характер, совершаются с прямым умыслом, имеют явный или скрытый корыстный мотив, а некоторые – особую цель (захват управления в юридическом лице (ст. 1855 УК РФ)).
В качестве дополнительного аргумента в обоснование наличия общественной опасности может служить тезис о том, что значительное число составов в сфере корпоративных отношений сформулированы по типу материальных, а не формальных составов. Кроме того, представляет определенный интерес распределение законодателем рассматриваемых преступлений на категории в зависимости от степени тяжести. Так, из 19 составов, выделенных нами в предыдущем параграфе, 8 относятся к категории небольшой тяжести, 7 составов к средней тяжести и 4 состава к тяжким преступлениям.
В тоже время отдельного пристального внимания заслуживает оценка общественной опасности деяний, закрепленных в ст. 1851, ч. 1 и ч. 2 ст. 1852, а также ст. 1854 УК РФ (более подробно об этом будет указано далее). Однако в целом стоит отметить, что приведенные ранее обстоятельства в значительной степени обусловливают характер и степень общественной опасности большинства запретов из исследуемой группы, тем самым позволяя утвердительно ответить на вопрос об обоснованности их включения в УК РФ, с точки зрения рассмотренного критерия криминализации.
Конструирование уголовно-правовых запретов фальсификации единого государственного реестра юридических лиц
В новом УК РК норма сохранила свою прежнюю редакцию и изложена в ст. 249. Субъект и субъективная сторона не раскрываются. Понятие «незаконное приобретение» не уточняется, что, на наш взгляд, является недостатком. Незаконным можно рассматривать не только фальсификацию передаточного распоряжения о списании акций с лицевого счета, но и приобретение акций в случае совершения крупной сделки или сделки с заинтересованностью без корпоративного одобрения, в случае отсутствия одобрения антимонопольного органа и т.п. Следовательно, буквальное толкование «незаконное приобретение» порождает уголовно-правовые риски даже в тех случаях, когда имеется всего лишь гражданское правонарушение.
Нарушения, связанные с реестром держателей ценных бумаг.В УК РФ установлена уголовная ответственность за: 1) фальсификацию реестра владельцев ценных бумаг или системы депозитарного учета путем представления заведомо подложных документов, либо путем внесения сотрудниками регистратора или депозитария недостоверных записей в реестр; 2) подлог или 3) уничтожение документов, на основании которых вносились записи в реестр; 4) нарушение порядка учета прав на ценные бумаги, если это причинило крупный ущерб.
Согласно законодательству Казахстана, ответственность наступает только за внесение в реестр держателей ценных бумаг заведомо ложных сведений, повлекшее переход прав на эти ценные бумаги другому лицу (ст. 226) и за нарушение правил проведения операций с ценными бумагами, причинившее крупный ущерб (ст.228). Как видно, объем репрессии меньше, поскольку не наказываются подлог, уничтожение документов, внесение недостоверных сведений в реестр, не связанных с переходом прав на ценные бумаги (об обременении, доверительном управлении и т.д.). В ином наблюдается сходство: так же, как и в России, ответственность дифференцируется в зависимости от того, является ли преступник сотрудником регистратора или нет (ст. 226, 249 УК РК)138.
Нарушение порядка раскрытия или предоставления информации. Здесь наблюдается определенное различие, поскольку в России ответствен ность по ст. 1851 УК РФ наступает за уклонение от раскрытия или предостав ления информации, определенной законодательством о ценных бумагах, в случае злостности и причинении крупного ущерба. УК РК, закрепляя схожую норму (ст. 225), тем не менее: 1) не говорит о том, что преступление может быть совершено путем нераскрытия информации, а ограничивается лишь одной преступной формой (предоставление информации); 2) расширяет круг лиц (государственные органы), кому непредоставление информации может повлечь ответственность; 3) расширяет круг потерпевших за счет самого эмитента; 4) вместо «злостности» предусмотрен иной обязательный признак – цель извлечения имущественной выгоды.
Нарушения, связанные с подготовкой и проведением общих собра ний, заседаний совета директоров и иные нарушения прав участников цен ных бумаг. Прообраз ст. 249 УК РК («Рейдерство») был взят из российского законодательства, поскольку по своему языковому выражению она весьма сильно совпадает со ст. 1855 УК РФ. В целом преступления, описанные в ст. 249 УК РК, можно условно разделить на три вида: 1) незаконное приобретение права собственности на долю участия в юридическом лице, а равно имущества и ценных бумаг юридического лица; 2) установление контроля над юридическим лицом в результате умыш ленного искажения результатов голосования либо воспрепятствования сво бодной реализации права при принятии решения высшим органом; 3) иные незаконные способы, повлекшие причинение существенного вреда. Конструкция ст. 249 УК РК является излишне казуистичной. Примени тельно ко второй форме преступного поведения уточняется, что преступле ние может быть совершено путем: а) внесения в протоколы собрания, заседа ния, в выписки из них заведомо недостоверных сведений о количестве голо совавших, кворуме или результатах голосования; б) составления заведомо недостоверного подсчета голосов или учета бюллетеней для голосования; в) блокирования или ограничения фактического доступа акционера, участника, члена органа управления к голосованию; г) несообщения сведений о проведении собрания, заседания либо сообщения недостоверных сведений о времени и месте проведения собрания, заседания; д) голосования от имени акционера, участника или члена органа управления по заведомо подложной доверенности; е) нарушения, ограничения или ущемления права преимущественной покупки ценных бумаг.
Помимо сложности восприятия такого запрета, нельзя не отметить, что разработчики кодекса допустили законодательно-технические ошибки. Во-первых, в диспозиции сказано о воспрепятствовании свободной реализации права при принятии решения высшим органом юридического лица. В зависимости от организационно-правовой формы это может быть общее собрание акционеров, участников и т.д. Однако при конкретизации способов использованы словосочетания «заседания», «блокирование члена органа управления или члена исполнительного органа к голосованию», «голосование от имени члена органа управления», которые характерны не для высшего органа управления, а для иных органов управления юридического лица. Во-вторых, использование такого способа, как «голосование от имени члена органа управления по заведомо подложной доверенности» неуместно, поскольку в отличие от участников они обязаны лично осуществлять свои полномочия и не вправе передавать их третьим лицам. В-третьих, не совсем понятно, каким образом нарушение права преимущественной покупки может повлечь искажение результатов голосования либо воспрепятствование свободной реали зации права на общем собрании, ведь эти процедуры не совпадают во времени и у них разный механизм реализации.
Конструирование уголовно-правовых запретов фальсификации решений органов управления корпорации или принуждение членов ее органов управления
Субъект преступления общий – это любые вменяемые физические лица, обращающиеся за внесением изменений в РВЦБ или СДУ. Это связано с тем, что основным способом получения документов с недостоверными сведениями выступает подделка.
Субъективная сторона состава характеризуется умышленной формой вины. На это указывают, во-первых, заведомое осознание ложности сведений, включенных в документы, во-вторых, наличие целей: «внесение в РВЦБ или в СДУ недостоверных сведений», «либо в иных целях, направленных на приобретение права на чужое имущество». Все это говорит о том, что противоправное деяние может быть совершено только с прямым умыслом.
Вопрос о типе целей (альтернативные или обязательные) относится к числу дискуссионных. Однако ввиду того, что наиболее часто ч. 1 ст. 1701 УК РФ применяется не в связи с фальсификацией РВЦБ, а по поводу фальсификации единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) этот вопрос будет подробно рассмотрен в следующем параграфе.
Действующая редакция ч. 1 ст. 1701 УК РФ позволяет рассматривать преступление как оконченное с момента получения регистратором документов, то есть независимо от последующего внесения или отказа от внесения записи в реестр или систему депозитарного учета. Однако имеется и противоположное понимание момента окончания преступления. Так, Следственными органами Следственного комитета Российской Федерации по городу
Санкт-Петербургу возбуждено уголовное дело в отношении 48-летнего В.С., подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 1701 УК РФ (покушение на фальсификацию реестра владельца ценных бумаг). По версии следствия, 19 марта 2014 года подозреваемый в целях внесения изменений в сведения о владельце ценных бумаг ряда акционерных обществ представил реестроджержателю заведомо подложный паспорт гражданина России на чужое имя, а также иные необходимые документы, чтобы получить в дальнейшем возможность распоряжения их ценными бумагами по своему усмотрению. Поскольку фальсификация была установлена сотрудниками реестродержателя, подозреваемый не смог довести свой умысел до конца и был задержан сотрудниками Главного управления МВД России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области170.
Неоконченное преступление влечет меньшую ответственность, но пока вышеуказанная практика противоречит тексту уголовного закона. Если реестродержателем было отказано в осуществлении операции в реестре владельцев ценных бумаг, то подобные действия нельзя квалифицировать как покушение на фальсификацию реестра, поскольку согласно действующей редакции ч. 1 ст. 1701 УК РФ, конструкция состава формальная и преступление считается оконченным с момента представления документов реестродержателю, независимо от того, была ли совершена операция в реестре или нет.Квалифицировать деяние как покушение на фальсификацию (ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 1701 УК РФ), на наш взгляд, возможно лишь в таких маловероятных и чисто теоретических ситуациях(ввиду сложности доказывания), когда документы не представляются непосредственно, а например, отправляются в адрес регистратора посредством почтовой связи, курьерской службой, но не доходят до адресата в результате утраты письма или его уничтожения при пожаре в отделении почтовой связи и т.д. Согласно ч. 2 ст. 1701 УК РФ, признается преступным внесение в реестр владельцев ценных бумаг, в систему депозитарного учета заведомо недостоверных сведений путем неправомерного доступа к реестру владельцев ценных бумаг, к системе депозитарного учета. Данный состав является самостоятельным и не выступает квалифицирующим по отношению к части первой статьи171. Отличительным признаком данного преступления служит способ – неправомерный доступ к РВЦБ или СДУ. Под неправомерным доступом сле дует понимать получение возможности на осуществление операций в РВЦБ или СДУ как со стороны лица, не имеющего никакого отношения к регистра тору, так и являющегося его сотрудником, но в обязанности которого не вхо дит совершение подобных операций. Наиболее вероятно получение такого доступа путем обмана и злоупотребления доверием. Кроме того, поскольку реестр ведется в электронной форме, возможно использование информационных технологий для «взлома» компьютерного обеспечения регистратора. В последнем случае также требуется дополнительно применять ст. 272 УК РФ.
Законодатель не конкретизирует, в чем должно выражаться внесение недостоверных сведений, что позволяет под этим понимать совершение любых допустимых операций: внесение изменений в информацию лицевого счета о зарегистрированном лице, внесение в реестр записей о блокировании операций по лицевому счету, внесение в реестр записей об обременении ценных бумаг и т.д. Подобные действия могут совершаться только умышленно, поскольку опять присутствует признак «заведомости».
- Стоимость доставки:
- 230.00 руб