catalog / Jurisprudence / Criminal Law and Criminology; penal law
скачать файл: ![](/design/img/wordl.gif)
- title:
- Якушева Татьяна Викторовна. Законодательная регламентация и практика привлечения к уголовной ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации)
- Альтернативное название:
- Якушева Тетяна Вікторівна. Законодавча регламентація і практика притягнення до кримінальної відповідальності за організацію злочинного співтовариства (злочинної організації)
- university:
- Краснодарский университет Министерства внутренних дел Российской Федерации
- The year of defence:
- 2016
- brief description:
- Якушева Татьяна Викторовна. Законодательная регламентация и практика привлечения к уголовной ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации) : диссертация ... кандидата Юридических наук: 12.00.08 / Якушева Татьяна Викторовна;[Место защиты: Краснодарский университет Министерства внутренних дел Российской Федерации.], 2016
Содержание к диссертации
Введение
ГЛАВА 1. Уголовная ответственность за организацию преступного сообщества (преступной организации): понятие, признаки, исторический и сравнительно-правовой аспекты
1.1. История возникновения уголовной ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации) в России и развитие отечественного законодательства в данной сфере
1.2. Международный и зарубежный опыт криминализации организации преступного сообщества (преступной организации) .
1.3. Понятие преступного сообщества (преступной организации), его признаки и место в институте соучастия .
ГЛАВА 2. Юридический анализ состава преступления «организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нём (ней)» и отграничение от смежных составов преступлений 74
2.1. Юридическая характеристика объекта и объективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ
2.2. Юридическая характеристика субъекта и субъективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ 106
2.3. Отграничение состава организации преступного сообщества (преступной организации) от смежных составов преступлений 126
ГЛАВА 3. Проблемы применения и пути совершенствования уголовного законодательства об ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации) 146
3.1. Проблемные аспекты правоприменения состава организации преступного сообщества (преступной организации)
3.2. Возможности оптимизации уголовного законодательства об ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации) 167
Заключение 182
Список литературы
Введение к работе
Актуальность темы исследования. Общепризнано, что организованная преступность в России дестабилизирует важнейшие сферы жизнедеятельности общества и представляет реальную угрозу национальной безопасности страны.
Понятие организованной преступности является криминологическим и не имеет прямого закрепления в уголовном законодательстве. В качестве ее уголовно-правовых форм в УК РФ выступают организованная группа и ядро организованной преступности – преступное сообщество, отождествляемое законодателем с преступной организацией, сам факт создания и функционирования которых в ст. 210 УК РФ имеет статус самостоятельного преступления.
После криминализации в 1996 г. в отечественном законодательстве деятельности преступных сообществ (преступных организаций) их криминальная активность не только не сократилась, но и стала более консолидированной, разветвленной и широкомасштабной. Этому негативному явлению сопутствовала постоянная эволюция форм высокоорганизованных преступных объединений с целью их приспособления к изменяющимся условиям, вызванным экономическими, политическими преобразованиями, научно-техническим прогрессом.
Ответом законодателя на трансформацию и усложнение преступных формирований послужило принятие Федерального закона от 3 ноября 2009 г. № 245-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и в статью 100 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации». Внесенные в редакцию ст. 210 УК РФ изменения в числе прочего расширили перечень действий, альтернативно образующих объективную сторону состава данного преступления, и уточнили признаки преступного сообщества (преступной организации).
Однако достичь положительных результатов по противодействию деятельности высокоорганизованных преступных объединений до настоящего времени не удалось. Несмотря на законодательные новации, эффективность практики привлечения к уголовной ответственности по ст. 210 УК РФ при высокой латентности исследуемого состава преступления остается недопустимо низкой.
По данным ФКУ «ГИАЦ МВД России», в 2015 г. зарегистрировано 285 преступлений, предусмотренных ст. 210 УК РФ (в 2014 г. – 255, в 2013 г. – 251, в 2012 г. – 202, в 2011 г. – 172, в 2010 г. – 172).
Выявлено 901 лицо, совершившее данное преступление (в 2014 г. – 789, в 2013 г. – 637, в 2012 г. – 482, в 2011 г. – 534, в 2010 г. – 613).
Приведенные показатели существенно разнятся с данными судебной статистики. По сведениям Судебного департамента при Верховном Суде РФ (форма № 10.3), осуждено лиц по ст. 210 УК РФ: в 2015 г. – 219, в 2014 г. – 165, в 2013 г. – 98, в 2012 г. – 203, в 2011 г. – 232, в 2010 г. – 190. По тем же данным, за период с 2009 по 2015 г. по ст. 210 УК РФ 91 лицо оправдано; в отношении 64 лиц по указанной статье прекращены уголовные дела или уголовное преследование.
Проблемы привлечения к уголовной ответственности организаторов и участников преступных сообществ (преступных организаций) вызваны:
– недостатками юридической техники при криминализации организации преступного сообщества (преступной организации) или участия в нем (ней) в УК РФ;
– противоречивой судебно-следственной практикой, дискуссионным характером некоторых положений постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2010 г. № 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)», неполнотой отражения в указанном постановлении имеющихся спорных вопросов правоприменительной деятельности.
Указанные обстоятельства вызывают необходимость юридического анализа состава преступления «Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)». В теории уголовного права остаются малоизученными вопросы, касающиеся обоснованности выделения данной формы соучастия в преступлении, определения четких критериев оценочных признаков, соотношения ст. 210 УК РФ со смежными преступлениями. Нуждаются в исследовании имеющиеся проблемы правоприменения с последующей выработкой, с учетом исторического и международного опыта, предложений по оптимизации уголовного законодательства в целях повышения его эффективности.
Актуальность избранной темы обусловлена также относительно незначительным объемом исследований, непосредственно посвященных уголовно-правовому регулированию криминальной деятельности преступных сообществ (преступных организаций).
Степень разработанности темы исследования. На уровне концепций исследование организованной преступности как крими-4
нального феномена и правового реагирования на нее осуществлено А.И. Долговой, В.В. Лунеевым, В.С. Овчинским. Разработке различных аспектов общего учения о соучастии, рассмотрению вопросов, связанных с совершением преступлений преступными сообществами (преступными организациями), посвящены труды П.В. Агапова, С.А. Балеева, С.Д. Белоцерковского, В.М. Быкова, Н.П. Водько, Р.Р. Галиакбарова, Л.Д. Гаухмана, А.И. Гурова, В.С. Комиссарова, Н.Ф. Кузнецовой, Г.Ф. Маслова, А.Н. Мондохонова, В.А. Номоконо-ва, А.И. Рарога, Н.С. Таганцева, А.Н. Трайнина. Диссертационные исследования состава ст. 210 УК РФ принадлежат Ж.В. Виденькиной, Е.А. Гришко, А.М. Железнякову, С.Г. Загорьяну, О.Н. Литовченко, А.А. Мордовцу, Р.К. Рашидханову, Д.Л. Севастьянову, К.Н. Сермавбри-ну, В.Н. Скотининой, С.П. Тройнову, Ю.А. Цветкову, А.В. Черному. Однако в их трудах данная проблематика освещена в основном в криминологическом аспекте либо как составная часть анализируемой проблемы более общего характера, многие из этих работ опубликованы до законодательных новаций 2009 г., изменивших редакцию ст. 210 УК РФ.
Таким образом, степень научной разработанности проблемных вопросов законодательной регламентации и правоприменения ст. 210 УК РФ остается недостаточной, требует глубокого анализа с выработкой необходимых рекомендаций для обеспечения наиболее эффективного механизма государственной правоохранительной деятельности.
Объектом диссертационного исследования являются общественные отношения, возникающие в сфере применения уголовно-правовых норм, регламентирующих ответственность за организацию преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней).
Предмет исследования составляют: международные правовые акты, содержащие рекомендации в сфере уголовно-правовой борьбы с организованными преступными объединениями; уголовно-правовые нормы об ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней) и смежные преступления; зарубежные уголовно-правовые акты об ответственности за организацию и участие в преступных сообществах (преступных организациях); статистические данные о состоянии и динамике преступлений, совершенных в Российской Федерации в составе преступных сообществ (преступных организаций); судебно-следственная
практика по уголовным делам об организации преступных сообществ (преступных организаций) или участии в них и материалы правоохранительных органов по противодействию криминальной деятельности преступных сообществ (преступных организаций); научные публикации по данной тематике.
Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования является разработка научно обоснованной системы мер по повышению эффективности уголовно-правовых средств противодействия организации преступных сообществ (преступных организаций) или участию в них на правоприменительном и законодательном уровнях.
Для достижения поставленной цели решались следующие исследовательские задачи:
проследить процесс становления и исторического развития отечественного уголовного законодательства об ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации);
исследовать имеющийся международный и зарубежный опыт криминализации организации преступных сообществ (преступных организаций);
определить уголовно-правовое понятие преступного сообщества (преступной организации);
дать юридический анализ состава преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ;
выявить критерии отграничения организации преступного сообщества (преступной организации) от смежных составов преступлений;
проанализировать проблемные аспекты практики применения ст. 210 УК РФ судебно-следственными органами;
разработать предложения, направленные на оптимизацию уголовно-правовой регламентации ст. 210 УК РФ.
Методологическую основу диссертационного исследования образуют диалектический метод научного познания, определяющий взаимосвязь теории и практики; общенаучные (логический, исторический, анализ и синтез, дедукция и индукция, системный и сравнительный подходы, восхождения от абстрактного к конкретному в мышлении и др.) и частнонаучные методы исследования:
формально-логический анализ понятийного аппарата и содержания исследуемого состава преступления;
статистический анализ данных о состоянии и динамике преступлений, совершенных в составе преступных сообществ (преступных организаций) в Российской Федерации;
сравнительно-правовой анализ законодательства зарубежных государств, участвующих в борьбе с преступными сообществами (преступными организациями);
конкретные социолого-правовые методы: изучение и анализ документов (обзоры, справки, отчеты), анкетирование.
Нормативную основу исследования составили международные правовые акты, Конституция Российской Федерации, современное уголовное законодательство Российской Федерации (УК РФ 1996 года), действовавшее ранее отечественное уголовное законодательство, охватывающее период с XVI в., национальное уголовное законодательство ряда стран ближнего и дальнего зарубежья.
Теоретической основой исследования послужили научные труды по уголовному праву, криминологии, социологии в части, относящейся к тематике диссертации.
Эмпирической базой диссертации послужили материалы конкретно-социологических исследований, в результате которых изучены данные о состоянии и динамике преступлений, совершенных в составе преступных сообществ (преступных организаций) в России за период с 1997 по 2015 г. В различных регионах страны проанализировано 339 уголовных дел по фактам совершения преступлений в составе организованной группы, банды, преступного сообщества (преступной организации), в том числе 144 уголовных дела о преступлениях, предусмотренных ст. 210 УК РФ. Проанкетировано 90 сотрудников органов внутренних дел, специализирующихся на выявлении и пресечении деятельности преступных сообществ (преступных организаций). По исследуемой категории уголовных дел изучены постановления Пленума Верховного Суда РФ и официально опубликованные материалы судебно-следственной практики, имеющей место на территории России, за период с 1997 по 2015 г. Использован личный десятилетний опыт работы автора в подразделении по противодействию организованной преступной деятельности на уровне Дальневосточного федерального округа.
Научная новизна диссертационного исследования заключается в том, что оно является комплексным теоретико-прикладным исследованием состава преступления «Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней)», проведен-
ным с учетом изменений, внесенных в ст. 210 УК РФ Федеральным законом от 3 ноября 2009 г. № 245-ФЗ, и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10 июня 2010 г. № 12, а также ревизии зарубежного опыта криминализации деятельности преступного сообщества (преступной организации). Изучение судеб-но-следственной практики, в том числе сложившейся после введения законодательных новелл, без акцента на отдельно взятый регион позволило выявить проблемы применения ст. 210 УК РФ, их обусловленность несовершенством содержания указанной уголовно-правовой нормы, и предложить пути решения данных проблем.
Диссертантом с позиции теории уголовного права, с учетом современного нормативного материала и правоприменительной практики сформулированы предложения по оптимизации уголовного законодательства об ответственности за организацию преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней), связанные с внесением изменений в ст. 35, 63 Общей части УК РФ, исключением ст. 209, внесением изменений и дополнений в ст. 210, а также введением ст. 2101 в Особенную часть УК РФ.
Сформирована авторская позиция относительно необоснованности выделения самостоятельной формы соучастия «преступное сообщество (преступная организация)» и идентификации терминов «преступное сообщество», «преступная организация». Разработано возможное законодательное определение понятий преступного сообщества, преступной организации и ее структурного подразделения. Предложены проекты редакции ст. 210, 2101 УК РФ, тем самым внесен определенный вклад в совершенствование борьбы с деятельностью преступных сообществ или преступных организаций.
Научную новизну диссертационного исследования подтверждают основные положения, выносимые на защиту:
1. Противодействие деятельности преступных сообществ (преступных организаций) в России имеет в своем развитии три периода: дореволюционный (1649–1917 гг.), советский (1918–1996 гг.) и современный (1997–н.в.). Критерием периодизации выступает наличие системы законодательных предписаний, криминализующих функционирование преступных сообществ (преступных организаций) и сходных с ними преступных объединений. Основным достижением дореволюционного периода является разграничение таких объединений в зависимости от качественных и количественных характеристик, недостатком – казуистическое их описание. Советский период харак-
теризуется задействованием схожих законодательных конструкций со смешением в них общеуголовной и политической направленности умысла, чрезмерным усилением уголовной ответственности, отказом от квалификации по совокупности. Современный период отличается криминализацией в УК РФ 1996 г. организации преступного сообщества (преступной организации), а также введением ряда иных норм, аналогично ст. 210 УК РФ предусматривающих ответственность за сам факт создания преступных объединений и не поглощающих совершенные в их составе преступления.
2. Исследование международного опыта противодействия уго
ловно-правовыми средствами деятельности преступных сообществ
(преступных организаций) доказывает наличие противоречий право
вой нормы, содержащейся в ст. 210 УК РФ, положениям Конвенции
против транснациональной организованной преступности, принятой
Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 55/25 от 15 ноября 2000 г.,
в части указания на цель деятельности преступного объединения,
включая категорию совершаемых преступлений.
Уголовно-правовая практика ряда зарубежных государств, участвующих в борьбе с преступными сообществами (преступными организациями), исходит из необходимости отграничения различных видов криминальных объединений посредством задействования формализованных критериев (численности соучастников; цели в виде совершения преступления (преступлений) вне зависимости от категории тяжести, в том числе для получения доходов). Общей тенденцией является использование разных наименований таких объединений только в случае описания различных форм организованной преступной деятельности. В большинстве УК стран дальнего зарубежья нормы об организованных формах преступной деятельности содержатся исключительно в Особенной части.
3. Отождествление понятий «преступное сообщество» и «пре
ступная организация» в уголовном законодательстве России необос
нованно, а их описание, содержащееся в ст. 35, 210 УК РФ, не соот
ветствует криминологическому значению указанных терминов. Пре
ступное сообщество и преступная организация представляют собой
самостоятельные уголовно-правовые категории, имеющие принципи
альные отличия как по количественному признаку (минимальная
численность преступного сообщества – 2 человека, преступной орга
низации – 4 человека), так и по качественным характеристикам (со
став участников, структура, цели), вследствие этого подлежат крими-
9
нализации как самостоятельные преступления: ст. 210 «Создание и руководство преступной организацией, а равно участие в ней» и ст. 2101 «Создание и руководство преступным сообществом, а равно участие в нем».
Целесообразно рассматривать преступную организацию в ее уголовно-правовом значении как организованную группу, имеющую структурные подразделения, действующую под единым руководством и созданную в целях совершения преступлений для получения финансовой или иной материальной выгоды, либо объединение организованных групп, созданное в тех же целях; преступное сообщество – как устойчивую группу лиц из числа руководителей или иных представителей самостоятельно действующих организованных групп и (или) преступных организаций, объединившихся в целях координации их деятельности, разработки планов и создания условий для совершения преступлений и решения иных вопросов в интересах участников такого объединения.
4. Преступная организация и преступное сообщество, являясь
производными от организованной группы понятиями, самостоятель
ных форм соучастия в преступлении не образуют. Вследствие этого
необходимо исключить ч. 4 из ст. 35 УК РФ, где норма о преступном
сообществе, отождествляемом с преступной организацией, помещена
законодателем наряду с нормами о группе лиц, группе лиц по предва
рительному сговору и об организованной группе. Следует также вне
сти изменения в ч. 5, 7 ст. 35 УК РФ путем изъятия из них термина
«преступное сообщество (преступная организация)».
Поскольку ст. 210 УК РФ, являясь самостоятельным составом преступления, не может усиливать меру наказания за преступления, предусмотренные иными составами, необходимо исключить из п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ указание на совершение преступления в составе преступного сообщества (преступной организации) как на обстоятельство, отягчающее наказание.
5. Цель создания преступной организации необходимо опреде
лить исключительно через направленность умысла на извлечение фи
нансовой или иной материальной выгоды посредством совершения
преступлений любой категории, без их конкретизации по степени тя
жести. Указания на совместность совершения преступления и допу
стимость создания преступной организации для совершения одного
преступления подлежат исключению из ст. 210 УК РФ как избыточ
ные, поскольку:
признак совместности включен в само понятие соучастия в преступлении (ст. 32 УК РФ);
возможность создания преступной организации, по форме соучастия представляющей собой организованную группу, для совершения одного преступления предусмотрена в ч. 3 ст. 35 УК РФ.
В качестве цели создания преступного сообщества с учетом структуры и состава участников данной формы группового преступного взаимодействия целесообразно рассматривать координацию деятельности самостоятельно действующих организованных групп и (или) преступных организаций, разработку планов и создание условий для совершения преступлений и решение иных вопросов в интересах участников такого объединения.
1. Оценочный признак структурированности преступной организации необходимо заменить указанием на наличие в данном объединении структурных подразделений с включением соответствующего определения в примечание к ст. 210 УК РФ в следующей редакции: «Под структурным подразделением понимается входящая в преступную организацию территориально и (или) функционально обособленная группа из двух или более лиц, объединенная в соответствии с целями преступной организации для решения общих задач».
2. Включение законодателем в диспозицию ч. 1 ст. 210 УК РФ таких деяний, как «координация преступных действий, создание устойчивых связей между различными самостоятельно действующими организованными группами, разработка планов и создание условий для совершения преступлений такими группами или раздел сфер преступного влияния и преступных доходов между ними, совершенные лицом с использованием своего влияния на участников организованных групп, а равно участие в собрании организаторов, руководителей (лидеров) или иных представителей организованных групп в целях совершения хотя бы одного из указанных преступлений» необоснованно расширяет сферу действия уголовного закона, поскольку эти деяния по составу участников и целям деятельности отличаются от действий по организации преступной организации или участию в ней. Выделение специального субъекта («лицо, использующее свое влияние на участников организованных групп») неоправданно вследствие его оценочного характера и очевидности наличия такого влияния исходя из формулировки объективной стороны.
Указанные деяния в оптимизированной редакции необходимо рассматривать в качестве цели создания и функционирования пре-11
ступных сообществ в рамках состава преступления, регламентированного ст. 2101 УК РФ «Создание и руководство преступным сообществом, а равно участие в нем», предлагаемого к включению в Особенную часть УК РФ.
8. Особо квалифицирующий признак, закрепленный в ч. 4 ст. 210 УК РФ (совершение преступления «лицом, занимающим высшее положение в преступной иерархии»), имеет исключительно оценочный характер, не может быть конкретизирован посредством формализованных критериев и поэтому подлежит исключению из УК РФ. Вместе с тем, вооруженность преступной организации объективно усиливает ее общественную опасность, в связи с этим в ч. 4 ст. 210 УК РФ подлежит установлению повышенная уголовная ответственность за создание либо руководство вооруженной преступной организацией, а равно руководство ее структурным подразделением или участие в такой организации.
9. Состав преступления, предусмотренного ст. 209 УК РФ («Бандитизм»), подлежит исключению из Особенной части УК РФ, поскольку дублирует возможности, предоставляемые ст. 210 УК РФ, несмотря на имеющиеся отличия в целевом предназначении и структуре данных объединений. По форме соучастия и банда, и преступная организация являются организованной группой, иное целевое предназначение которой охватывается ст. 2054, 208, 239, 2821 УК РФ. В случае отсутствия у банды структурных подразделений действия виновных лиц подлежат квалификации по совокупности совершенных преступлений.
Теоретическая значимость исследования заключается в развитии теоретических положений уголовного права, в уточнении существующего терминологического аппарата, используемого законодателем при описании признаков преступного сообщества (преступной организации), содержания квалифицирующих признаков; в решении вопросов квалификации совершаемых преступным сообществом (преступной организацией) преступлений по совокупности с другими составами, отграничения исследуемого состава от смежных с ним.
Практическая значимость исследования определяется его комплексным теоретико-прикладным характером и состоит в том, что полученные результаты могут служить научной основой для законодательных инициатив о внесении изменений и дополнений в дей-
ствующий УК РФ, правоприменительной практики, а также преподавания уголовного права в юридических учебных заведениях.
Степень достоверности результатов исследования обеспечена использованием автором норм международно-правовых актов, отечественного и зарубежного уголовного законодательства, научных трудов по тематике диссертации, данных уголовной статистики, материалов конкретных уголовных дел; подтверждена актами внедрения по результатам апробирования полученных диссертантом выводов на практике, в учебном процессе, научно-исследовательской и законотворческой деятельности.
Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации обсуждались на заседании НИЦ № 3 ВНИИ МВД России; докладывались на Всероссийской научно-практической конференции «Проблемы борьбы с преступностью на современном этапе» (Хабаровск, 2012 г.), Международной научно-практической конференции «Деятельность правоохранительных органов по обеспечению законности и правопорядка в Азиатско-Тихоокеанском регионе: проблемы и перспективы» (Хабаровск, 2015 г.); изложены автором в 14 опубликованных статьях.
Результаты проведенного исследования, основанные на них выводы, предложения и рекомендации внедрены в практическую деятельность Договорно-правового департамента МВД России, УМВД России по Сахалинской области, шестого следственного управления Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации; в учебный процесс Дальневосточного юридического института МВД России, Социально-гуманитарного института Дальневосточного государственного университета путей сообщения; в научно-исследовательскую деятельность ВНИИ МВД России, Хабаровской государственной академии экономики и права.
Структура диссертации определена целью и задачами исследования. Работа состоит из введения, трех глав, содержащих восемь параграфов, заключения, списка литературы и приложений. Оформление диссертации соответствует требованиям ВАК при Минобрнау-ки России.
Международный и зарубежный опыт криминализации организации преступного сообщества (преступной организации)
Впервые понятие «банда» появилось в Декрете СНК РСФСР «О суде» от 20 июля 1918 г., где оно связывалось с совершением преступлений против собственности и личности без посягательства на государственную власть. Декретом ВЦИК от 20 июля 1919 г. «Об изъятии из общей подсудности в местностях, объявленных на военном положении» предусматривалась ответственность за «участие в шайке, составившейся для убийств, разбоя и грабежей, пособничество и укрывательство такой шайки…»1. Создание (участие) в банде (шайке) рассматривалось советским государством как особо опасное преступление, подведомственное суду военно-революционного трибунала (Декрет СНК РСФСР от 19 февраля 1920 г. «О передаче лиц, обвиняемых в бандитизме, суду военно-революционного трибунала»).
В УК РСФСР 1922 г. ряд статей (ст. 60-63) предусматривал уголовную ответственность за «участие в организации, действующей в целях» совершения контрреволюционных преступлений, каравшееся высшей мерой наказания и конфискацией всего имущества. При наличии смягчающих обстоятельств допускалось понижение наказания до лишения свободы на срок не ниже 5 лет строгой изоляции и конфискации всего имущества. В ст. 76 УК РСФСР предусматривалась ответственность за бандитизм, и в ней же – за пособничество бандитизму. Новационной по своему содержанию стала статья 80 УК РСФСР, предусматривающая уголовную ответственность за организованное по взаимному соглашению сокрытое или неверное показание о количестве подлежащих обложению или учту предметов2.
Преступное сообщество сво фактическое закрепление получило в УК РСФСР 1926 года. Так, в ст. 58-11 данного Кодекса указывалось, что «всякого рода организационная деятельность, направленная к подготовке или совершению предусмотренных УК РСФСР преступлений, а равно участие в организации, образованной для подготовки или совершения одного из преступлений, влекут за собой меры социальной защиты»1. Санкцией за совершение преступления по данной статье являлся расстрел. «Именно это деяние обычно вменялось в вину политически неугодным лицам за их якобы организованную деятельность против советской власти. На этой основе в общественном мнении выработалась своеобразная аллергия к криминализации организованной деятельности. Поэтому в России долгое время не вводилась уголовная ответственность за общественно опасную уголовную деятельность»2.
При этом в УК РСФСР 1926 года сохранилась норма о бандитизме. В соответствии с текстом ст. 59-3 данного Кодекса, бандитизм определялся как «организация вооружнных банд и участие в них и в организуемых ими нападениях на советские и частные учреждения или отдельных граждан, остановках поездов и разрушениях железнодорожных путей и иных средств сообщения и связи».
Изданием в 1947 г. двух Указов Президиума Верховного Совета СССР («Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества» и «Об усилении охраны личной собственности граждан») советский законодатель установил более высокую планку уголовной ответственности за хищение государственного, общественного, личного имущества, а также за разбои, совершнные «организованной группой (шайкой)» или «воровской шайкой»3.
Наконец, УК РСФСР 1960 года закрепил уже несколько разновидностей криминальных кооперационных образований, составивших к тому моменту достаточно целостную и непротиворечивую систему. В ряде материальных составов совершение преступлений в составе группы лиц по предварительному сговору учитывалось в качестве отягчающего вину обстоятельства. При этом законодателем был существенно снижен уровень репрессий за организованную деятельность по политическим мотивам. Помимо ст. 72 (организованная деятельность, направленная к совершению особо опасных государственных преступлений) и ст. 77 (бандитизм), в УК РСФСР 1960 года вошло ещ 6 статей, предусматривающих ответственность за организацию преступных кооперационных образований и участие в них: преступных группировок в ИТУ (ст. 77-1), незаконных вооружнных формирований (ст. 77-2), массовых беспорядков (ст. 79), объединений, посягающих на личность и права граждан (ст. 143-1), азартных игр (ст. 208-1), притонов (ст. 226-1).
В ст. 9 Закона СССР от 13 января 1960 г. «Об уголовной ответственности за государственные преступления» содержалась норма, идентичная норме ст. 72 УК РСФСР 1960 года, согласно которой к особо опасным государственным преступлениям, влекущим строгую ответственность, вплоть до смертной казни, относилась организационная деятельность, направленная к подготовке или совершению особо опасных государственных преступлений, к созданию организации, имеющей целью совершить такие преступления, а равно участие в антисоветской организации1. Однако в диспозициях обеих статей описание признаков антисоветской организации не приводилось, в числе форм соучастия в Общей части Кодекса она не упоминалась. Судебными органами также не давалось никаких разъяснений относительно этой нормы по вопросам, возникающим в правоприменительной деятельности2.
Понятие преступного сообщества (преступной организации), его признаки и место в институте соучастия
По результатам проведнного нами анкетирования по вопросу об использовании в тексте УК РФ двойного наименования преступного объединения 77 % анкетируемых ответили, что более правильным было бы использовать один из терминов – «преступное сообщество» или «преступная организация», поскольку использование разных терминов допустимо только в случае описания различных форм организованной преступной деятельности.
О целесообразности такого подхода свидетельствует и опыт зарубежных стран (Италия, ФРГ, Франция и др.).
Не приводя понятия преступного сообщества, идентифицируемого им с преступной организацией, законодатель в диспозиции ч. 4 ст. 35 и ч. 1 ст. 210 УК РФ, тем не менее, выделяет признаки данного объединения, имеющие производный от признаков организованной группы характер.
Вывод об организованной группе как об основе закреплнного в УК РФ понятия «преступное сообщество (преступная организация)» следует из содержания ч. 4 ст. 35 УК РФ, согласно которой последнее как форма соучастия имеет две альтернативные разновидности: 1) структурированная организованная группа (организация), созданная для совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды; 2) объединение организованных групп, созданное в тех же целях. Таким образом, базовым для понятия преступного сообщества (преступной организации) выступает понятие организованной группы, содержащееся в ч. 3 ст. 35 УК РФ.
Сопоставим содержание ч. 3 и ч. 4 ст. 35 УК РФ. В соответствии с ч. 3 ст. 35 УК РФ преступление признатся совершнным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Согласно ч. 4 ст. 35 УК РФ, преступление признатся совершнным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено структурированной организованной группой или объединением организованных групп, действующих под единым руководством, члены которых объединены в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды.
Буквальное толкование ст. 35 УК РФ приводит нас к выводу, что отличительными признаками преступного сообщества (преступной организации) от организованной группы являются структурированность и конкретизированная (специальная) цель – совместное совершение одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды. (Указанные признаки будут подробно исследованы в главе второй настоящей работы при юридической характеристике состава преступления, предусмотренного ст. 210 УК РФ.)
Относительно численного состава преступного сообщества (преступной организации) до изменений, внеснных Федеральным законом от 3 ноября 2009 г. № 245-ФЗ, учными-юристами высказывались различные мнения. Приведм лишь некоторые из них.
М.Г. Миненок пишет: «Численный состав организованной преступной группы, как и группы вообще, предполагает два или более е участников. Поскольку по определению законодателя преступное сообщество тоже организованная группа, то, стало быть, оно может состоять из двух человек, что, разумеется, нереально»1.
Ю.А. Цветков рассуждает следующим образом: «Объединение организованных групп предполагает, что ему предшествовало наличие как минимум двух самостоятельных организованных групп, каждая из которых состоит как минимум из двух человек. Таким образом, обязательным признаком данной формы преступного сообщества (преступной организации) является его численный состав, который на момент объединения не может быть меньше четырх человек»1.
В уголовном законодательстве России и сейчас не названы количественные признаки ни преступного сообщества, идентифицируемого законодателем с преступной организацией, ни организованной группы, определяемые с учтом требований ст. 32 УК РФ.
По результатам проведнного анкетирования сотрудников правоохранительных органов, 60 % от числа опрошенных считают, что в состав преступного сообщества могут входить два лица и более; 34 % – что в его состав должно входить не менее трх лиц.
По нашему мнен
- Стоимость доставки:
- 230.00 руб