Гендерные стереотипы русской традиционной культуры :

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ

Бесплатное скачивание авторефератов
СКИДКА НА ДОСТАВКУ РАБОТ!
ВНИМАНИЕ АКЦИЯ! ДОСТАВКА ОТДЕЛЬНЫХ РАЗДЕЛОВ ДИССЕРТАЦИЙ!
Авторские отчисления 70%
Снижение цен на доставку работ 2002-2008 годов

 

ПОСЛЕДНИЕ ОТЗЫВЫ

Порядочные люди. Приятно работать. Хороший сайт.
Спасибо Сергей! Файлы получил. Отличная работа!!! Все быстро как всегда. Мне нравиться с Вами работать!!! Скоро снова буду обращаться.
Отличный сервис mydisser.com. Тут работают честные люди, быстро отвечают, и в случае ошибки, как это случилось со мной, возвращают деньги. В общем все четко и предельно просто. Если еще буду заказывать работы, то только на mydisser.com.
Мне рекомендовали этот сайт, теперь я также советую этот ресурс! Заказывала работу из каталога сайта, доставка осуществилась действительно оперативно, кроме того, ночью, менее чем через час после оплаты! Благодарю за честный профессионализм!
Здравствуйте! Благодарю за качественную и оперативную работу! Особенно поразило, что доставка работ из каталога сайта осуществляется даже в выходные дни. Рекомендую этот ресурс!



  • Название:
  • Гендерные стереотипы русской традиционной культуры
  • Кол-во страниц:
  • 127
  • ВУЗ:
  • МГИУ
  • Год защиты:
  • 2010
  • Краткое описание:
  • Введение...3

    Глава 1. Миф и тендер...11

    1.1. Миф - сказка - тендер... 11

    1.2. Универсальное тендерное устройство мира...36

    1.3. Тендерные стереотипы андрогинности...42

    1.4. Системный подход к тендерным стереотипам...53

    Глава 2. Системы тендерных стереотипов...61

    2.1. Система эгалитарных тендерных стереотипов...61

    Выводы...89

    2.2. Система матриархальных тендерных стереотипов...97

    Выводы... 138

    2.3 Система патриархальных тендерных стереотипов...145

    Выводы...203

    Заключение...211

    Библиография...216
    Введение



    Введение

    Актуальность темы исследования

    Своеобразие национальной культуры, многие проблемы в сфере политики, экономики, демографии определяются в значительной мере тем, как общество структурировано в тендерном аспекте, что отражено в тендерных стереотипах данной культуры. Тендерные стереотипы аккумулируют также этические принципы и систему ценностей национальной культуры.

    Тендерные стереотипы являются важнейшими структурами ментальности, определяющими уклад жизни, распределение социальных ролей, общую культурную и политическую ситуацию в тот или иной исторический период. Значительная часть политических, экономических, демографических и других проблем современной России, возможность их решения прямо или косвенно связана с ментальными тендерными стереотипами, устойчивыми когнитивно-эмоциональными образами мужчин и женщин, бытующими в обществе. Поэтому их всестороннее научное исследование приобретает особую актуальность.

    Тендерные стереотипы, как и другие стереотипы сознания и поведения, несут на себе печать архаических представлений, коренящихся в традиционной культуре. Понять суть и особенности стереотипов современной культуры России можно, обратившись к русской традиционной, народной культуре, в частности, к такому малоизученному под этим углом зрения источнику, как народная сказка, которая в качестве производной мифа несет в себе мифологию культуры. В основном тендерные исследования, российские и зарубежные, посвящены отражению в тендерных стереотипах патриархального мифа. Вместе с тем адекватное понимание тендерных отношений возможно при обращении ко всем вариантам мифа о творении (рождении): патриархальному, матриархальному и к тому варианту мифа, в котором мир творится мужским и женским началом совместно. Это делает актуальным исследование тендерных стереотипов русской традиционной культуры на основе тройственного мифа о рождении и его воплощении в русской народной сказке.

    Степень разработанности проблемы

    Термин «тендер» (gender), в переводе означающий «род», был введен в научный обиход Р. Столлером (R. Stoller «Sex and Gender») в начале 1960-х годов для разграничения анатомического и исторически неизменного пола человека (male / female sex) и его определения в культуре как человека мужского рода (masculine gender), человека женского рода (feminine gender), человека, принадлежащего и к мужчинам, и к женщинам (общий род - common gender), и человека, не принадлежащего ни к мужчинам, ни к женщинам (средний род -

    neutral gender). Множественности «маскулинностей» и «феминностей» посвящены работы Р. Коннелла (R. Connell), Дж. Батлер (J. Butler), Л. Иригарэ (L. Irigary), Р. Брайдотти (R. Braidotti).

    Проблема тендерных стереотипов тесно связана с более общей проблемой принадлежности человека к определенному полу. Существующая научная традиция ее исследования представлена тремя направлениями: психологическим, социальным и культурологическим. Первое связано с именем 3. Фрейда (S. Freud), который считал миф об Эдипе основополагающим мифом культуры. Хотя Фрейд постулировал идею психической бисексуальности человека, его понимание первичного мифа было признано патриархальным. К. Хорни (К. Ногпеу), криткуя фаллоцентризм учения Фрейда, обращается к матриархальному мифу и исследованию «символики женского».

    В аналитической психологии К.Г. Юнга (C.G. Jung) стереотипы обыденного сознания трактуются как осознаваемый, верхний слой мифа, коренящегося в коллективном бессознательном. Последнее складывается из универсальных и регулярно повторяющихся образов. Стереотип репрезентирует символику мифа. Указывая на взаимодополнительность (комплементарность) мужского и женского начал, Юнг говорил о необходимости уравновешивания мужественной Персоны, содержащий установки личности, ориентированные на внешний мир, с женственной Анимой (принципом Эроса), содержащей внутренние установки личности. Отметим, что юнгианское понятие Персоны во многом совпадает с концепцией половой роли человека, которой посвящены труды Т. Парсонса (Т. Parsons). Большая роль в распространении идей Юнга принадлежит М. Элиаде (М. Eliade). Уделяя особую роль мифу о двуначальном (то есть, пророжденном мужским и женским началом) мире, он указывает и на два других мифа о рождении (творении): миф о порождении мира Великой матерью и на миф о творении мира Великим отцом. Глубинные исследования мифа, затрагивающие в том числе область тендерных отношений, содержатся в трудах исследователей-постюнгианцев: М.-Л. фон Франц (M.-L. von Franz), Э. Стивенса (A. Stevens), Э. Сэмюэлса (A. Samuels), X. Дикмана (Н. Dieckman), Дж. Биби (J. ВееЪе), Дж. Хиллмана (J. Hillman) и К. П. Эстес (С. Р: Estes).

    Социальное направление исследований тендерной проблематики осуществляется в контексте проблемы власти и свободы. В этой связи важны исследования 3. Фрейда о роли гомосексуального (мужскогр) либидо в процессе развития общества и культуры («Массовая психология и анализ человеческого «Я»). Развивая этот тезис, последователи Фрейда особо подчеркивали, что проблема власти решается в рамках патриархального мифа (мужской власти): В. Райх (W.Reich) описал воспроизведение в структуре семьи властных

    отношений общества; Франкфуртская школа (Т. Адорно [Т. Adorno], М. Хоркхаймер [М. Horkheimer], Э. Фромм [Е. Fromm]) дала яркое описание «авторитарного характера». Исследованию связи власти и сексуальности в тендерном аспекте посвящены труды М. Фуко (М. Foucault). Теоретические положения экзистенциального психоанализа, разработанные Ж. П. Сартром (J.P. Sartre), дали толчок изысканиям С. де Бовуар (S. de Beauvoir), продемонстрировавшей влияние социальных структур на становление женщины, формирование женского пола в его исторической динамике. Психоанализ школы Ж. Лакана (J. Lacan), фокусируясь на символическом процессе, трактует пол как систему символических отношений (Дж. Митчелл (J. Mitchell), Ж. Делез (G. Deleuze) и Ф. Гваттари (F. Guattari), Г. Хокенхем (G. Hocquenhem). Однако символика лакановского направления целиком относится к фаллическому мифу (и, следовательно, "отцовскому закону"), который объявляется единственно релевантным существующей культуре. Феминистский психоанализ особое внимание уделяет проблеме жесткого соединения биологического пола человека, его социальной роли и индивидуальных особенностей (К. Гиллиган (С. Gilligan) и выводит проблему пола и власти на передний план. ,

    Культурологическое направление тендерной проблематики показывает, что особенности тендерных отношений и составляют национальное своеобразие, ибо содержат в себе этические принципы и систему ценностей национальной культуры. Исследования тендера в этом аспекте на материале разных культур велись Дж. Фрезером (J. G. Frazer), Э. Тайлором (Е. В. Tylor), Ф. Боасом (F. Boas), Б. Малиновским (В. Malinowski), В. Тэрнером (V. Turner). Антропологические и кросс-культурные исследования М. Мид (М1. Mead) легли в основу тендерных исследований 70-х годов. Работы К. Леви-Строса (С. Levi-Strauss) в области структуры мифа и выявление такой фундаментальной особенности мышления как использование бинарных оппозиций положило начало структуралистской школы исследований мифа, в том числе, с точки зрения оппозиции «мужское» - «женское».

    Глубинные исследования мифа (в том числе, в тендерном аспекте), неизбежно и необходимо кросскультурные, в России связаны с именами А. Н. Веселовского, А. А. Потебни, М. Забылина. Богатый материал по гендерным стереотипам традиционной русской культуры содержится в работах П. В. Шейна, В: И. Даля, И. Е. Забелина, отечественных фольклористов, в частности, Д. К. Зеленина. Стереотипы русской традиционной культуры запечатлены в народной сказке, дошедшей до настоящего времени в значительной степени благодаря собранию А.Н. Афанасьева.

    В русле поиска и изучения национальной идеи, в том числе в ее тендерном преломлении, работали представители русского религиозно-философского ренессанса, такие как И. А. Ильин, В. В. Розанов, Л. Шестов. Н. А. Бердяев, Г. П. Федотов. О сакральных материнских образах, образах девственности и бытовых образах жены и мужа, существующих в русском фольклоре, писал в конце XIX в. А. А. Коринфский, а также современные исследователи: А. В. Бабаева, С. Б. Борисов, И. Киселева, Н. А. Миненко, Т. А. Листова, С. М. Толстая. Символизм повседневности в тендерном аспекте изучался А. К. Байбуриным, В. Д. Лелеко.

    Большое значение для понимания многослойности тендерных стереотипов русской традиционной культуры имеют работы В. Я. Проппа об историческом происхождении волшебной сказки. Исследование М. М. Бахтина о народной культуре средневековья и Ренессанса позволяет понять амбивалентный характер тендерных стереотипов народной культуры. Е.М. Мелетинский, утверждая миф как одно из центральных понятий теории культуры XX в., внес значительный вклад в исследование мифологического образа Героя. О.М. Фрейденберг обращается к упорядоченности представлений о божестве в тендерном аспекте. Ю.М. Лотман исследует основные ценности русской дворянской культуры в их исторической динамике, показывая роль «женского мира» в русской культуре. Фундаментальный труд Ю. С. Степанова, посвященный константам русской культуры, дает представление и о многослойности, и о множественности русских тендерных стереотипов. Несомненную ценность представляют исследования В. Н. Топорова, посвященные мифопоэтическому сознанию, в том числе его тендерному аспекту.

    Анализ русского менталитета на глубинном уровне содержится в литературоведческих и культуроведческих исследованиях М. Н. Золотоносова и Б. Сарнова. А.А. Мельникова исследует национальный характер как систему, функционирующую по законам языка. СТ. Махлина исследует влияние христианства на символику национального искусства. Современный взгляд на русский менталитет и его связь с традиционными национальными ментальными структурами представлен в работах А. О. Бороноева и П. И. Смирнова, А. Н. Мосейко, А. Ю. Большаковой.

    Свой вклад в исследование тендерных проблем в социальном аспекте внесли отечественные исследователи. С. И. Голод, исследуя проблемы семьи и брака, новаторски раскрыл содержание новых ролей и новой экономико-социальной позиции женщины в советском обществе. И. С. Кон, сохраняя связь с общемировой научной традицией, исследовал проблемы подростковой сексуальности, описал историческое развитие сексуальной культуры в России,

    7

    вплоть до современной российской «сексуальной революции», всесторонне исследовал проблему гомосексуальности. Н. Л. Пушкарева изучает историческую динамику социального положения женщины и женской сексуальности в России. И. Жеребкина обращается к творческому и политическому общественному вкладу женщины в культуру и показывает, каким образом этот вклад обесценивается и отрицается в рамках «патриархата». О. М. Здравомыслова, исследуя тендерное измерение социальной трансформации современной России, большое внимание уделяет проблеме насилия в семье, кроссгендерного и родительского. Феминистское понимание социального1 конструирования тендера представлено в работах Е. Здравомысловой и А. Темкиной. Характерной особенностью и существенным недостатком, неизбежным, правда, в период адаптации западной гендеролопда к современным российским реалиям, является некритическое заимствование, «пересаживание» научного аппарата, теорий, гипотез, сформированных на практиках и мифологиях иных культур (Е. Ярская-Смирнова, А. Усманова). Для изучения российских тендерных проблем, в том числе тендерных стереотипов, необходимо привлечь к рассмотрению национальный миф с учетом своеобразия традиций и ментальных структур русской культуры.

    Объект исследования - русская традиционная культура.

    Предмет исследования - тендерные стереотипы русской традиционной культуры в народной сказке.

    Цель работы - исследование тендерных стереотипов русской традиционной

    культуры.

    Данная цель предполагает решение следующих задач: используя материал

    русской народной сказки провести:

    - теоретическую реконструкцию системы тендерных отношений в русской русской традиционной культуре;

    - исследование мифологического уровня тендерного устройства мира;

    - исследование эгалитарных тендерных стереотипов русской традиционной культуры;

    - изучение матриархальных тендерных стереотипов русской традиционной культуры;

    - анализ патриархальных тендерных стереотипов русской традиционной культуры;

    - исследование взаимного влияния систем тендерных стереотипов в русской народной сказке.

    Методология и методы исследования

    8

    Методологическую основу исследования составляет системный подход к анализу явлений культуры, который был положен в основу системной модели тендерных отношений русской традиционной культуры. В анализе тендерных ' ' отношений были использованы также: структурно-семиотитический метод, 'Ф позволяющий выявить строение и семантику системы тендерных стереотипов русской традиционной культуры, представленных в русской народной сказке; психоаналитический подход, ставящий в центр внимания бессознательные процессы и мотивации, получившие отражение в тендерных стереотипах русской традиционной культуры; метод аналитической психологии, позволяющий изучать архетипические образы коллективного бессознательного и их место в тендерных стереотипах русской традиционной культуры. Использование категорий и концепций психологии и этики позволило составить тендерные стереотипы нравственных качеств и свойств характера, свойственных русской традиционной культуре и содержащихся в народной сказке.

    ^' Источниковой базой исследования является корпус русских народных сказок, собранных и опубликованных А.Н. Афанасьевым, включая так называемые «Заветные сказки» (итого 673 сказки).

    Научная новизна исследования состоит в том, что

    - тендерные стереотипы традиционной русской культуры исследуются на материале русской народной сказки;

    на основе исследования мифологического уровня тендерного устройства мира выделены три системы тендерных стереотипов, соответствующие трем мифам о рождении (творении), а именно: система эгалитарных тендерных стереотипов и две системы иерархических тендерных стереотипов, матриархальных и патриархальных;

    - проведено системное упорядочивание мужских и женских тендерных стереотипов русской традиционной культуры в соответствии с тремя

    # вариантами социальных ролей (мужчина / женщина, родитель / ребенок, брат

    (сестра) / супруг);

    - в соответствии с этим выявлено восемь пар нуклеарных тендерных отношений: мать-дочь, мать-сын, отец-дочь, отец-сын, сестры, сестра-брат,

    # братья, муж-жена, которые показаны в позитивных и негативных аспектах;

    -выделены принципы эгалитарных тендерных отношений: объединение различного; взаимность, добровольность; сотрудничество, отсутствие насилия и борьбы за власть; свобода, справедливость (отсутствие двойного стандарта);

    - выделены принципы иерархических тендерных отношений: власть как главная ценность; принцип насилия для поддержания власти; тендерное неравенство (двойной стандарт в пользу женщин или мужчин);

    - на основе анализа и обобщения материала русской народной сказки определена совокупность нравственных, эстетических, интеллектуальных и других человеческих качеств, позитивных, так и негативных;

    - осуществлена реконструкция обобщенных матриархальных и патриархальных образов мужчин и женщин в традиционной русской культуре, какими они представлены в русской народной сказке.

    На защиту выносятся следующие положения:

    1. В русской традиционной культуре имеется три группы тендерных стереотипов. Первую группу составляют эгалитарные гендерные стереотипы. Вторая и третья группа стереотипов - иерархические гендерные стереотипы, матриархальные и патриархальные.

    2. Принципы, объединяющие первую группу стереотипов: соединение различного; взаимность, добровольность; сотрудничество, отсутствие насилия и борьбы за власть; свобода, справедливость (отсутствие двойного стандарта). Принципы, объединяющие иерархические стереотипы: власть как главная ценность; принцип насилия для поддержания власти; тендерное неравенство (двойной стандарт в пользу женщин в матриархальной системе или в пользу мужчин в патриархальной системе тендерных стереотипов);

    3. В русской народной сказке имеются следующие, присущие русской традиционной культуре положительные человеческие качества: способность приносить счастье, красота, кротость, доброта, мудрость, справедливость, сила, смелость, верность, целомудренность, хозяйственность и соответствующие отрицательные качества: способность приносить несчастье, уродство, строптивость, злобность, глупость, коварство, бессилие, трусость, предательство, распутство, бесхозяйственность. Каждое из качеств претерпевает определенные изменения, вплоть до превращения в собственную морально-этическую противоположность, в зависимости от системы тендерных стереотипов и ее принципов, составляя портреты хорошей и плохой жены (сестры, матери), и хорошего и плохого мужа (брата, отца) - эгалитарные, матриархальные и патриархальные;

    4. Хотя эгалитарные гендерные стереотипы и соответствующие им нравственные качества и ценности в об^Ьй системе тендерных стереотипов менее представлены, они составляют высокий идеал русской народной культуры, поскольку в системах иерархических тендерных стереотипов и

    10

    соответствующих им нравственных качествах и ценностях, представленных практически в каждой из сказок, заметно тяготение к идеальным эгалитарным качествам и ценностям. Кроме того, матриархальные тендерные стереотипы и патриархальные тендерные стереотипы уравновешивают друг друга, что также позволяет говорить о сильной тенденции к тендерной эгалитаризации в русской традиционной культуре.

    Теоретическая и практическая значимость исследования состоит в том, что автором предложена и подтверждена на примере анализа русских народных сказок системная модель тендерных стереотипов русской традиционной культуры. Эти тендерные стереотипы являются одной из базовых структур национальной ментальности, сохраняющих актуальность и в современной российской культуре. Работа может также послужить основой для расширения арсенала методов культурологических, социально-психологических и тендерных исследований. Исследование может использоваться при разработке учебных курсов по тендерной и национальной психологии, по истории русской культуры.

    Апробация результатов исследования

    Результаты исследования освещены в докладах на международной конференции «100 лет психоанализа: российские корни, репрессии и возвращение России в мировое психоаналитическое сообщество» (Санкт-Петербург, май 1996); международной конференции «Психоанализ литературы и искусства» (Санкт-Петербург, октябрь 1997); Ежегодных хармсовских чтениях (Санкт-Петербург, май 1998); I конференции Развивающейся группы аналитической психологии Санкт-Петербурга (РГАП СПб) «Базовые принципы юнгианской психологии» (январь 2001); международной конференции «10 лет психоанализа в России» (Санкт-Петербург, июнь 2001); П конференции РГАП СПб «Самость и персона», (январь 2002); Ш конференции РГАП СПб «Интерпретация», (февраль 2003); IV конференции РГАП СПб «Знак, архетип и символ», (январь 2004); V конференции РГАП СПб «Сон - театр души», (январь 2005); международной конференции «Диссоциация: Мост между Восточной и Западной психиатрией» (Санкт-Петербург, март 2002).

    Основные положения диссертационного исследования отражены также в семи публикациях. Материалы диссертации использовались автором в лекционной работе в Восточно-европейском институте психоанализа (ВЕИП) и в Государственной классической академии им. Маймонида. Материалы диссертации были использованы также в клинической работе на базе Учебно-методического центра ВЕИП.

    Диссертация обсуждена на заседании кафедры теории и истории культуры Санкт-Петербургского государственного университета культуры и искусств 20 апреля 2005 г. и рекомендована к защите.

    11

    Глава 1. Миф и тендер 1.1 Миф - сказка - тендер

    Мировоззрение как людей, так и отдельного человека обусловлено их принадлежностью к своей культуре. Определения культуры многообразны. Ю.М. Лотман указывает, что «одно из важнейших определений культуры характеризует ее как «негенетическую» память коллектива1. Культура может быть представлена как совокупность текстов, но «точнее говорить о культуре, как о механизме, создающем совокупность текстов и о текстах как о реализации культуры»2. В трудах Московско-Тартуской школы под текстом понимается упорядоченная системно совокупность знаков, то есть материальных носителей смысла. Знаком может служить слово, рисунок, вещь , а тексты культуры, таким образом, - это ее фольклор и литература, обряды и предметы повседневного быта. Тексты культуры входят в сознание индивида в процессе социализации, формируя его ментальность на всех уровнях, индивидуальном и культурном, сознательном и бессознательном.

    Культура нуждается в единстве для реализации своей общественной функции. Как отмечает С.Н. Иконникова, «важнейшим признаком культуры является ее «всепроникающий» характер, непременное включение во все сферы жизни общества и личности»4. Единство культуры, органическая взаимосвязь ее феноменов поддерживается благодаря системе ценностей, транслирующейся в данной культуре5. В нашей работе мы собираемся исследовать один из аспектов системы ценностей русской традиционной культуры - ее тендерные стереотипы, так, как они запечатлены в русской народной сказке.

    При этом перед нами предстает и русская история и конкретный ее момент: сказки собирались и записывались на протяжении очень короткого периода времени, по сравнению с многовековой русской культурой и многотысячелетней историей культуры человечества, в которую погружена русская культура6. Подчеркнем, что культура и как память коллектива, и как система ценностей коллектива не существует в неизменном виде. В процессе

    ' Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре: быт и традиции русского дворянства (XVII - начало XIX века). — СПб., 1996.- С.8.

    2 Лотман, Ю.М., Успенский Б.А. О семиотическом механизме культуры // Ученые записки Тартуского гос. университета. 1977. Вып. 284 -С. 152.

    3 Лотман, Ю.М. Указ. соч. С. 6.

    4 Иконникова С.Н. История культурологических учений. - Lewiston и др., 2001. - С.ЗО.

    5 Согласно аксиологическому определению, культура-это определенная система ценностей. См. Кармин А.С. Основы культурологии: морфология культуры. - СПб., 1997. - С.46.

    6 А.Н. Афанасьев, собравший и опубликовавший русские сказки, родился в 1826 г., в 1848г. окончил Московский Университет. Выход в печать первого восьмитомного издания «Сказок» относится к 1855-1863 гг. Таким образом, большинство сказок было им собрано приблизительно в течение 10 лет.

    12

    исторического развития создаются новые тексты, а что-то из прежних неизбежно оттесняется и забывается. Те аспекты системы ценностей культуры, которые отвечают «злобе дня», выходят на передний план, прочие остаются в тени. Таким образом, процесс развития культуры взаимосвязан с процессом развития ментальности, присущей данной культуре. Заметим, что «забытые» тексты культуры не утрачиваются бесследно. Погружаясь в долгосрочную память коллектива, в исторические глубины культуры, они не только становятся основой последующих, и проявляются в них и через них, но и, при определенных условиях, прямо «вспоминаются». При этом культура возвращается к прежним доминантам своей системы ценностей, а предшествующие ведущие, «злободневные» аспекты системы ценностей теперь маргинализуются. Как указывает С.Н. Иконникова, «в культуре ничего не умирает, ни одна ее ступень не отвергается полностью. Она напоминает «пористую» систему, сквозь фильтры которой то поднимаются, то исчезают различные элементы»7.

    Ментальность («mentalite») как понятие было введено в научный обиход во Франции в 1970-е годы школой «Анналов». Еще в конце 1930-х Л. Февр, один из основателей школы, разрабатывая проблему ментальности в связи с необходимостью адекватного восприятия эпохи средневековья8, определил ментальность («коллективное сознание»9), как способ видения мира, не тождественный идеологии, как «тот уровень общественного сознания, на котором мысль не отчленена от эмоций, от латентных привычек и приемов сознания»10. Реабилитируя эмоции в исторической науке, он указывал на исторический характер менталитета: «Нельзя проецировать мысли и чувства современных людей на людей средневековья»11. В дальнейшем С. Московичи отстаивал невозможность объяснения социальных явлений без привлечения глубинных, психологических факторов. Анализируя научное наследие классиков социологии, Э.Дюркгейма12, М.Вебера13, Г.Зиммеля14 он показал, что

    7 Иконникова С. Н. Развитие культурологической мысли // Культурология : учебник / под ред. Ю.Н.Солонина, М.С. Кагана. -М.: Юрайт-Издат, 2005. С. 455.

    8 Февр Л. Иртория и психология // Февр Л. Бои за историю. - М., 1991. - С. 97-108.

    9 Февр Л. Указ соч. - С. 102.

    10 Гуревич А.Я. Уроки Люсьена Февра // Февр Л. Бои за историю. - М., 1991. - С 517.

    11 Февр Л. Чувствительность и история // Февр Л. Бои за историю. - М., 1991. - С 121.

    12 Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. Метод социологии. М., 1991.

    13 Вебер М. Избранное. Образ общества. - М., 1994.

    14 Зиммель Г. Избранное : в 2 т. - М., 1996.

    13

    классики не смогли реализовать постулируемый ими принцип: социальное -через социальное15.

    Понятие ментальность в дальнейшем уточнялось различными представителями школы «Анналов». Обзор терминологии, представленный В.Д. Лелеко16, говорит о том, что представители школы «Анналов» имеют в виду совокупность установок массового (коллективного) сознания, проявляющуюся в стереотипных, само собой разумеющихся мыслях и действиях, но неосознаваемую, и обладающую относительным постоянством. Прибегая к понятию «коллективного неосознанного», анналисты, однако, не указывают ни на 3. Фрейда, ни на К.Г. Юнга.

    А. Я. Гуревич утверждает, что «ментальность следует отличать от общественных настроений, ценностных ориентации и идеологии как феномена. Она включает их в себя, но не исчерпывается ими, поскольку характеризует собой глубинный уровень коллективного и индивидуального сознания. Захватывая бессознательное, ментальность выражает жизненные и практические установки людей, устойчивые образы мира, эмоциональные предпочтения, свойственные данному сообществу и культурной традиции. Ментальность как понятие позволяет соединить аналитическое мышление с неосознаваемыми культурными кодами»17. Определим ее как совокупность мыслей и верований, то есть рационального и иррационального восприятия мира (внешнего и внутрипсихического), на индивидуальном и групповом уровне, или короче, как совокупность сознательных и бессознательных процессов.

    К.Г. Юнг так говорил о развитии современной ментальности: «Сознание человека развивалось медленно и трудно. Миновало множество столетий, пока этот процесс подвел его на путь культуры ...Эволюция человеческого сознания далека от завершения: ведь до сих пор значительные участки разума погружены во тьму. И то, что мы называем психикой, ни в коей мере не идентично сознанию»18. Законы бессознательного мышления или «первичного процесса»19 были сформулированы 3. Фрейдом в ряде работ. Это, прежде всего, принципиальное отсутствие границы между внутренним миром субъекта и

    15 Московичи С. Машина, творящая богов. -М., 1998.

    16 Лелеко В.Д. Пространство повседневности в европейской культуре. - СПб., 2002. - С. 36-37..

    17 Гуревич А.Я. Ментальность // Культурология. XX век. Энциклопедия : в 2т. — СПб., 1998. — С. 320.

    18 Юнг К.Г. К вопросу о подсознании // Человек и его символы. - М., 1997. - С. 18.

    19 См. Фрейд 3. Толкование сновидений. - Ереван, 1991. - С. 433.

    14

    внешним миром (неосознавание самого себя)20, из которого вытекает отсутствие разницы между желаемым (помысленным) и действительным (если у субъекта имеется внутренний образ желаемого, то оно, таким образом, субъективно существует)21 и отсутствие линейного времени («понятие времени не может применяться к бессознательным процессам»22), выражающееся в отсутствии причинно-следственных связей в бессознательном23. Процесс индивидуального психического развития воспроизводит исторический процесс развития сознания человечества24.

    Возникновение современной ментальности в культуре, таким образом, можно отнести к «мифопоэтической эпохе»25, когда архаическое сознание (или «первобытное мышление, не знающее абстракций26», или la mentalite primitive27- «примитивное мышление»), слабо дифференцирующее «внутренний мир души от внешнего мира» стало оттесняться более современными, рационалистическими формами. Сознательное мышление, сопряженное с осознанием самого себя, как некой отдельной целостности, это, неизбежно, мышление индивидуальное. Тот слой мышления, где теряется граница между внутренним и внешним миром личности, а, следовательно между им самим и другими, у современного человека принадлежит бессознательному, причем, согласно К.Г. Юнгу, коллективному его уровню, который «включает в себя, в противоположность личностной душе, содержания- и образы, которые являются повсюду и у всех индивидов одними и теми же»29, то есть «порождает образы, фантазии, сновидения и т.п. внеличного характера»30. Поэтому изучение ментальности группы (будь это возрастная, этническая или иная социальная группа) означает изучение коллективного бессознательного данной группы. С

    20 Фрейд 3. «Я» и «Оно»//Фрейд 3. Я и Оно: труды разных лет. Книга 1.-Тбилиси, 1991. -С. 352-357.

    21 Фрейд 3. Лекция 8. Детские сновидения.// Фрейд 3. Введение в психоанализ: Лекции. - М., 1989. - С.77-78.

    22 Фрейд 3. По ту сторону принципа наслаждения // Фрейд 3. Я и Оно: труды разных лет. Книга 1. — Тбилиси, 1991.-С. 158.

    23 Фрейд 3. Лекция 11. Работа сновидения. // Фрейд 3. Введение в психоанализ: Лекции. - М., 1989. - С. 112-113.

    24 Фрейд 3. Тотем и табу // Фрейд 3. Я и Оно: труды разных лет. Книга 1. - Тбилиси, 1991. - С. 320-321.

    25 См. Топоров В.Н. Предыстория литературы у славян. -М., 1998.

    26 Пропп В.Я. Исторические корни волшебной сказки». - М., 2002. С. 17.

    27 Леви-Брюль Л. Первобытный менталитет. - СПб., 2002. В современном русском переводе «la menalite primitive» по возможности передают как «первобытный менталитет», дабы избежать оценочных суждений по отношению к мышлению и верованиям людей первобытной культуры. Первобытное мышление носит мистический (не выражает объективных свойств вещей, а выражает мифологические смыслы и значения, которые им приписывает человеческое сообщество) и паралогический (не управляется законами формальной логики, мирится с противоречиями) характер и подчиняется закону partipation mystique (мистического соучастия), который управляет коллективными представлениями (мифологемами и идеологемами).

    28 Юнг К.Г. Душа и миф. Шесть архетипов. - М, 1997. - С.89.

    29 Юнг К.Г. Архетип и символ. - М, 1991. - С 97.

    30 Юнг К.Г. Душа и миф. Шесть архетипов. - М, 1997. - С.90.

    15

    точки зрения аналитической психологии стереотипы обыденного сознания - лишь осознаваемый, верхний слой мифа, уходящего корнями в коллективное бессознательное, которое, в свою очередь уходит корнями в архетипы, то есть праформы, «априорную возможность формопредставления»31, или, в понимании ^ Е.М. Мелетинского «мифообразующие структурные элементы бессознательного»32. Стереотип репрезентирует миф, его символику. Как указывает Ю.М. Лотман, «Символы представляют собой наиболее устойчивый элемент культурного пространства. Основной набор доминирующих символов и длительность их культурной жизни определяют пространственные и хронологические границы цивилизаций. Символ напоминает о древних основах культуры, представляет «вечную ценность», и в этом проявляется его сущность. Вместе с тем он тоже подвержен переменам, присоединяя к себе новые смыслы и значения»33.

    ф К.Г. Юнг придавал особую важность способности человека к спонтанному

    продуцированию символов34, поскольку отводил символу особую, опосредующую роль в культуре: символ предохраняет от непосредственного

    0, столкновения с (разрушительным) архетипическим переживанием: «Символы культуры обычно использовались для выражения «вечных истин» Став частью общечеловеческой культуры, они сохраняют значительный заряд своей трепетности... вызывают у людей сильный эмоциональный отклик. ...Важные части нашего умственного устройства, они жизненно важны для развития общества... Когда их подавляют или не принимают, их специфическая энергия исчезает в подсознании, что ведет к непредсказуемым последствиям.» Эта энергия возрождает в подсознании доминирующие в нем на данный момент наклонности потенциально деструктивного характера. ... «Наше время показало, что значит открыть ворота в преисподнюю. События, всего значения ф которых никто не мог предположить в идиллическом спокойствии первого десятилетия XX века, свершились и перевернули весь мир. ... Современный человек не понимает, насколько «рационализм» (уничтоживший его способность к восприятию символов и идей божественного) отдал его во власть

    Ф психического «ада». Он освободился от «предрассудков» (так, во всяком случае, он полагает), растеряв при этом свои духовные ценности. Его нравственные и духовные традиции оказались прерваны, расплатой за это стали всеобщая

    31 Юнг К.Г. Воспоминания, сновидения, размышления. - Киев, 1994. - С.369.

    32 Мелетинский Е.М. Поэтика мифа. - М, 1995. - С. 120.

    33 Лотман Ю.М. Внутри мыслящих миров. - М., 1996. - С.148.

    34 Юнг К.Г. К вопросу о подсознании // Человек и его символы. - М, 1997 - С. 17.

    16

    дезориентация и распад, представляющие реальную угрозу миру»35. Идеи Юнга об упадке символического, ведущем к упадку культуры, исследовались нами на российском материале (современная литературная сказка)36. В работе показано, что, при всей девальвации образа Героя (в качестве Спасителя), в российской культуре не утратил своего этического значения традиционный образ Дурака. Подчеркивается, что культурное возрождение («спасение») России требует новой символики, но органически связанной с традиционной (принадлежащей русским народным сказкам), классической (принадлежащей русской литературе) и советской.

    Для Б. Малиновского миф - «описание первобытной реальности, которая все еще жива», и поэтому миф может выполнять «функцию, неразрывно связанную с поддержанием традиции и непрерывности культуры» 37. Иными словами, миф отсылает нас к прошедшему и указывает на его живую связь с настоящим. К.Г Юнг несколько иначе понимает роль мифа для породившей его культуры. «Мифы не просто презентируют психическую жизнь примитивного племени, они и есть сама эта жизнь. И если племя теряет свое мифологическое наследие, оно незамедлительно распадается и разлагается, как человек, который бы потерял свою душу» .

    Развернутому определению мифа посвящена «Диалектика мифа» А.Ф. Лосева39. Он противопоставляет миф сознательной выдумке40 или «отвлеченно-идеальному бытию», указывая на его «аффективный корень»41. Миф «и есть сама жизнь»42, «до животности телесная действительность»43. Миф имеет природу энергии, постигаемой чувственно, и природу информации, постигаемой умом44. Таким образом, природа мифа символическая: «Миф есть символически данная интеллигенция жизни.»45 Историческую природу мифа Лосев отражает следующим образом: «Миф не есть догмат, но история. Энергийное, смысловое или феноменальное проявление и становление бытия личностного в мифе есть становление историческое... Миф не есть

    35 Юнг К.Г. Указ.соч. - С. 91.

    36 Замфир Е.И. Сказки - идиотам // Знак, символ, архетип: материалы IV конференции Развивающейся группы аналитической психологии СПб. - СПб., 2004. - С. 185-199.

    "Малиновский Б. Магия, наука и религия. - М., 1998. — С. 142 -143.

    38 Юнг К.Г. Душа и миф. Шесть архетипов. - М, 1997. - С.89.

    39 Лосев А.Ф. Диалектика мифа. - М., 2001.

    40 Лосев А.Ф.Указ соч. - С. 36.

    41 Там же.-С. 39.

    42 Там же.-С. 40.

    43 Там же.-С. 41.

    44 Там же.-С. 96-97.

    45 Там же. - С. 97.

    17

    историческое событие как таковое, но он всегда есть слово»46. Миф также имеет сакральную природу: Миф не есть специально религиозное создание»47,

    до

    но «миф есть чудо» . «Миф как развернутое магическое имя не может быть уже

    '* 49 тх 1

    проанализирован дальше» . Итак, миф, в силу своей символической природы, ^ соединяет
  • Список литературы:
  • *
  • Стоимость доставки:
  • 250.00 руб


ПОИСК ДИССЕРТАЦИИ, АВТОРЕФЕРАТА ИЛИ СТАТЬИ


Доставка любой диссертации из России и Украины