Каталог / КУЛЬТУРОЛОГІЯ / Теорія та історія культури
скачать файл: ![](/design/img/wordl.gif)
- Назва:
- Центральная Россия как историко-культурный регион
- Короткий опис:
- ВВЕДЕНИЕ...4-28
Глава 1.Общетеоретические основания и историографические предпосылки изучения Центрального региона России...29
¦1 '' §1. Основные понятия культурологии региона.
Культурогенез в системе понятий теории культуры...29-48
j §2. Историография культурологии Центрального региона
России как коллективный исследовательский опыт...48-74
, Глава П. Центральная Россия в IX—XVIII вв.:
* Формирование геокультурного пространства и развитие
материальных форм культуры...75
§1. Региональные миграционно-колонизационные процессы и их * историческая культурно-ландшафтная и социально-политическая
специфика...75-100
/. Характер расселения, формы колонизации и типы поселений. 2. Московия: «собирание земель» и социально-хозяйственное освоение s , региона.
§2. Этнокультурная динамика и социокультурная
стратификация...100—115
/. Этническая история и формирование субэтносов. 2. Гетерогенность культуры и территориальная локализация \'t \ ¦ населения.
§3. Развитие коммуникаций и характер урбанизации...115-142
• /. Торговые пути как источник и условие урбанизации. 2. Градообразование и динамика городской культуры. §4. Динамика материальной культуры и хозяйственно-культурное / районирование региона...142-157
1. XV-XVIII вв. Эволюция материальных форм культуры.
2. Формирование Центрально-промышленного и Черноземно-земледелъческого субрегионов.
Глава III. Центральная Россия как территория национально-государственного становления. Социально-организационные и v политические формы культуры...158
: / §1. Этно-социальная история VIII-XV вв. и генезис русской ; государственности...158-175
1. Начала государственности и державная традиция власти.
2. Архетипический образ «Русскойземли» и социально-политические метаморфозы удельного времени.
§2. Христианизация как источник и условие становления новых социально-политических форм культуры...175-197
1. Церковно-государственная специфика русского христианства.
2. От «Русской земли» к «Святой Руси».
§3. Центральный регион в контексте культурно-политической динамики Московской Руси...197—22?
1. Московия: рождение монархии и сакрализация имперской идеи.
2. На пороге Нового времени: обмирщение общественного сознания.
§4. Социокультурная среда и тип человека...223-242
/. Природный вектор и ценностные ориентации региональной
культуры
2. Сословно-иерархическая стратификация культуры и субъект кулътуротворчества.
Глава IV. Эволюция духовно-художественной культуры Центральной России: основные формы, приоритеты и ценностные ориентации...243
§1. Культурно-символические основы и некоторые особенности
развития средневековой культуры Центральной России...243-266
/. Эзотерическое содержание традиционной культуры
и формирование средневекового художественного канона. 2. Сакральный характер слова и логоцентричность культуры. §2. Локальные художественные школы и культурное наследие |РЬ удельного времени...266-288
1. Централънорусские литературные памятники и их авторы.
2. Церковная архитектура и изобразительное искусство.
§3. Московия, век XV - век XVII: Гомогенизация художественной культуры...288-303
1. Культурная диффузия и унификация культовой архитектуры.
2. Литература и образование.
§4. Центральный регион в раннее Новое время
(XVII-XVIII вв.)...303-328
1. Секуляризация художественной культуры.
2. Развитие светской культуры и формирование системы образования.
Д Заключение...329-335
v t
Библиография...336—397
«Понеже от прирожения Звери, ходящие в пустыни, знают ямы своя; Птицы, летающие по воздуху, ведают гнезда своя; Рибы, плывающие по морю и в реках, чують ветры своя; Пчелы и тым подобная боронять ульев своих. Тако и люди, игде зародилися и ускормлены суть, по Бозе к тому месту великую ласку имеють».
Франциск Скорина.
Из предисловия к библейской книге «Юдифьь,
изданной Скор иной в XVI в.
Введение
ВВЕДЕНИЕ
И.В. Кондаков назвал культуру России «историческим перекрестком» путей органической восточной традиционности и модернизационного западноевропейского развития [Кондаков, 1999, 63], дав тем самым образную, но наиболее сущностную ее характеристику. Ведь именно эти два импульса, неослабно действовавшие в разные российские эпохи — ключ всех исторических трансформаций и генератор созидательной и разрушительной энергии отечественной культуры. В постоянстве их диалогического взаимодействия сокрыта как тайна культурной целостности (Евро-Азийства), '^ так и загадка уникальности российской цивилизации. Природа же этой
уникальности — глубокие корни, питавшие русскую культуру из самых разных источников: индоарийской и иранской, балтской и угро-финской; номадических скифо-сарматской и тюркской культур, утонченной античной с ее прямым (черноморские колонии) и опосредованным (Византия и Балканы) воздействием; славянского язычества и сирийско-византийского и европейского христианства; восточного мистицизма и западного рационализма. Природа уникальности — «загадочный континент», географически и духовно соединивший Европу и Азию, связавший воедино ее народы, истории и культуры; пространство, границы которого — N ' сердцевина Восточно-Европейской равнины, срединная, центральная Россия,
где сходятся все пути и где из множества исторических судеб творится одна общая, а из разных лиц — одно единственное.
Именно в пределах этой, в эпоху Средневековья чрезвычайно перспективной для цивилизационного развития территории, представлявшей собой исторически важную контактную зону между арабским Востоком и Западной Европой, Византией и Скандинавией, проходило этнокультурное и социально-государственное становление Руси-России, оказавшейся в эпицентре межрегиональных экономических, политических и религиозных связей и тем получившей возможность включиться в международную жизнь не только в качестве посредника, но и важнейшего участника глобальны,: культурных процессов мирового значения.
В современных административно-политических рамках обозначенное географическое пространство отмечено как Центральный район Российской Федерации и картографировано под номером 1. Вне зависимости от того, случайное ли это совпадение, замысел составителей карты или официальная позиция идеологов федеративного межевания, проставленная единица глубоко символична, поскольку за ней - и отсчет исторического времени, и культурно-цивилизационная значимость той земли, что уже тысячу лет называется «Русской». Ее несомненная неординарность и очевидное социально-культурное предназначение, особая роль в формировании нации и сохранении государственной целостности Отечества и стали основополагающими в выборе с целью культурологического исследования именно этого, столь судьбоносного для России, региона.
АКТУАЛЬНОСТЬ ИССЛЕДОВАНИЯ И ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ
Необходимо отметить, что с точки зрения ряда современных историков случившееся на рубеже III тысячелетия административно-территориальное выделение Центрального региона РФ произвольно и вне исторично, то есть, не подкреплено ни миграционно-колонизационными, ни цивилизационно-историческими предпосылками и лишь авторитарно связывает столетиями (практически до XVII в.) независимо существовавшие и розно ориентированные (имеющие «разные исторические корни» [Курцев, 2001,
12] и «тянущие» к разным центрам), природно, ресурсно, демографически и культурно автономные области.
Причины такой позиции - в характерном для специалиста-историка (палеографа, археолога, археографа, демографа) детально-тематическом подходе к историко-культурному анализу, узкоспециальном зонировании историко-географического пространства и точечно-хронологическом соотнесении событий и артефактов. А как писал в недавнем прошлом Л.Н. Гумилев, «...в систематологии рассматриваются не отдельные факты -элементы и непредвзятые оценки, а связи между событиями, невидимые очевидцу и неизвестные позднему интерпретатору. Зато они видны историку широкого профиля, обобщающему не цитаты, а факты, отслоенные от эмоций информаторов и интерпретаторов» [Гумилев, 1989,489]. Действительно, любое из признанных общеисторических, историософских или культурфилософских рассуждений о становлении и развитии Отечества аксиоматически опирается на признание изначальной общности культурно-исторической судьбы Центральной России. Ретроспективный же анализ, систематизирование и культурологическое осмысление разнородного исторического, археологического, лингвистического, демографического, антропологического материала, равно как и топо-, гидро-, этнонимических, этнографических, социологических и др. данных это с очевидностью подтверждает, убедительно демонстрируя, как в обозначенном ареале на протяжении, как минимум тысячелетия идут, периодически меняя направление, напряженность и интенсивность, активные коммуникационные процессы, побудительные причины, характер и результаты которых и есть реальная история жизни его гео-, био- и культуросферы. История, засвидетельствованная рождением оригинального суперэтноса, нации и государства, аккумулированная в колоссальном пласте культуры, называемой «русской», и выраженная важнейшими символами идентичности «общности и культурного порядка» [Эйзенштадт, 1998, 100] великого народа,
чьей «дединой и отчиной» стала эта земля. Выросшая в ее пределах многовековая культура запечатлела изменчивые географические, ландшафтные, геополитические, социальные, духовно-коммуникативные й художественно-творческие особенности своего развития, и тщательное изучение истоков, оснований, импульсов и характера регионального культуротворчества позволяет раскрыть феномен и этого «места», и глубоко связанного с ним «русского духа» и русской «почвенности».
По точному замечанию патриарха отечественной культурологии М.С. Кагана история русской культуры «еще не осмыслена в закономерностях ее развития» [Каган, 2003, т.1, 7] и не написана ни в общенациональном, ни в индивидуально-этнических, ни, тем более, территориально-локальных ее вариантах. Тому есть разные причины, в числе которых и то, что на протяжении двух последних столетий исследователи Отечества, так или иначе, отталкивались от подспудного, но направляющего их мысль убеждения в периферийности русской цивилизации относительно предшествующих и современных цивилизаций Востока и Запада, что надолго утвердило в качестве приоритетного «европоцентристский» сравнительно-типологический метод ее изучения. Постоянная оглядка на западноевропейскую социально-культурную историю, попытка «дотянуться» и уложить в прокрустово ложе системы ее периодизации и оценки течение национально-исторической и культурно-художественной жизни породили- в качестве основной характеристики русской культуры многозначное и достаточно условное обозначение, терминологически выраженное понятиями «самобытность» и «своеобразие». И только в последнее время таковые перестают быть общим местом и расхожим постулированием, превращаясь в в научную позицию, позволяющую рассматривать общую и региональные культуры России как органичные и самодостаточные относительно истоков и условий своего существования.
Как справедливо отметил в предисловии к современному изданию классического исторического труда М.К. Любавского «Обзор истории русской колонизации с древнейших времен и до XX века» его редактор Александр Дегтярев: «Общепризнанная математическая теория утверждает, что в сверхсложных системах нет второстепенных факторов. То, что вчера представлялось обстоятельством совершенно не значащим, сегодня вдруг выходит на первый план и начинает определять жизнь...» [Любавский, 1996, 6—7]. Два десятилетия назад не было и помышлений о возможности и, тем более, необходимости специального исследования культуры центра европейской части России, олицетворявшей концентрированную «всерусскость» и упорядоченную стабильность, воспринимавшиеся на тот период всесторонне изученными и многократно описанными в немалом количестве разноплановых научных и научно-публицистических рабо^. Однако ставшие в постперестроечной России реальной угрозой и ныне лишь приостановленные тенденции регионального обособления изменили и казавшееся незыблемым геополитическое пространство Отечества, и научные подходы, ракурсы восприятия и оценочные «мерки», заставив ученых-гуманитариев (и не только их) поставить вопрос о тех пределах и тех границах (в том числе и территориальных) неделимого «ядра русскости», которые на протяжении веков удерживали и продолжают удерживать этнический, социально-культурный и государственно-политический баланс России.
Активно осуществляемая последние годы централизация власти заметно ускорила процессы дифференциации центра и периферии, столицы и провинции и усилила их поляризацию. Понять происходящее и прогнозировать дальнейшее развитие может помочь изучение исторических модификаций этнокультурной целостности Центральной России. Выявление генетических основ, константных характеристик и базовых закономерностей устроения и функционирования ее региональной
социокультурной системы способно пролить свет и на реальное прошлое, и на ощущаемое ныне зыбким и неустойчивым национально-культурное будущее всей российской цивилизации. Как отмечает в своей докторской диссертации Г.К. Щедрина: «Специальное исследование проблем культуры имеет в наши дни не менее актуальное значение, чем политологическая "злоба дня". Само представление об актуальности приобретает несколько иной смысл, поскольку культурологическая сосредоточенность и современная социальная значимость научных изысканий теперь едины» [Щедрина, 1999,3].
«Тенденции к фрагментарности посттоталитарного пространства Российской Федерации» [Шулепова, 1998, 3] и «рождение новой идеологии регионализма» (Л.М. Мосолова) фокусирует внимание ученых (этнологов, культурологов, социологов, регионоведов) на значимости диахронического принципа в моделировании культурных стратегий регионов России, на согласованности и целесообразности социально-культурного менеджмента, учитывающего исторические корни регионального развития, предпосылки и особенности локальных культуроформирующих процессов. «Необходимо точное знание содержания и методов анализа культурных изменений, принципов внедрения новой, более адекватной современной культуры, существования аспектов политической и хозяйственной деятельности», - предупреждает А.Я. Флиер [Флиер, 2000, 4]. «Невозможно верно осуществлять современный выбор пути, мысля о культуре каждого народа России и всех их вместе вне истории, вне учета регионально выработанного устойчивого ядра культуры и ее меняющейся периферии», - уточняет Л.М. Мосолова [Мосолова, 2000, 6]. «Накапливание материала о местной культуре специалистами в регионах, осмысление ее с учетом всей совокупности возвращаемой научно-практической традиции...позволяет органически вписываться в современный образ науки о местной культуре,
ориентированной на диалог, полифонизм, а также ее трансляцию всеми доступными средствами, включая и образовательную систему», -подытоживает Э.А. Шулепова [Шулепова, 2000, 10].
Нынешнему российскому обществу требуется как понимание характерных для переходных периодов закономерностей движения и взвешенная оценка роли постоянных и новообразующихся факторов обновления, так и умение разбираться в сути происходящих культурных процессов, определять степень устойчивости старых и механизм возникновения новых культурных форм. Но главное, в чем оно нуждается -это точное знание и соблюдение законов воспроизводства культуры и культуротворчества. История, особенно российская, неоднократно доказывала, что забвение фундаментальных традиций, игнорирование архетипов сознания и культурных детерминант создает тупиковые ситуации и действует разрушительно. Социально-культурная политика должна строится на преемственности, а образование опираться на познание реального историко-культурного процесса без какого-либо искажения логики его движения или отвержения локальных культурных ценностей. Нельзя не согласиться с мнением О. Долженко, который утверждает, что «регионализация - не только вообще единственный путь к образованию в меру человека (а не государства или ведомства), но и наиболее естественный, который традиционное российское общество должно пройти, чтобы добраться до своих истоков, с тем, чтобы обрести утраченные начала» [Долженко, 2003, 30].
Как показали ученые, занимающиеся вопросами культурологического образования и его связи с региональным фактором (С.Д. Валентей, Е.П. Белозерцев, Г.С. Буторина, О.В. Долженко, Л.Г. Ионин, Л.М. Мосолова, И.Л. Набок, А.С. Панарин, С.Н.Токарев, Э.А. Шулепова), пробелы в исследовании конкретных этнических и региональных форм культуры и их многообразных взаимоотношений затрудняют формирование содержания
10
общекультурной подготовки и воспитание необходимой новому российскому обществу толерантности и межкультурной комплиментарности, реально обеспечиваемых лишь целостным культурологическим знанием. Ретроспективное изучение культурного потенциала регионов России не только обогащает нашу историческую память, но раскрывает закономерности сегодняшних изменений, дает возможность осмыслить те процессы и явления культурной жизни, которые уже имели место и, став константами культурной идентичности, способны к воспроизводству.
Настоящая работа представляет собой историко-культурологическое исследование одного из российских регионов в контексте темы «Центральная Россия как историко-культурный регион. Культурогенез Средневековья и раннего Нового времени». Помимо упомянутых политических, идеологических и социокультурных обстоятельств, ее актуальность определена расширением проблематики наук о культуре, обусловленным ясно обозначившимися тенденциями современного социокультурного движения, и в первую очередь, попыткой возродить локальные традиции, а значит, опереться на константные составляющие этнического, национального и регионально-культурного развития российских территорий. Как дать простор для творчества и как это творчество регулировать, чтобы страна не разваливалась, а ее культурные центры превратились в структурные, опорно-каркасные точки, обеспечивающие и общероссийскую стабильность, и равномерное развитие регионов России? - поиски ответов на этот вопрос в очередной раз принуждают к анализу общероссийской и региональной истории. Подлинная многоаспектная картина становления и развития российской культуры и объективная оценка ее достижений и противоречий сделает адекватным восприятие культурного прошлого Отечества и будет способствовать внедрению нового знания в повседневную практику, задав важнейшее условие культурного возрождения.
11
Избранная диссертационная проблема, таким образом, особенно актуальна и в связи с запросами активно развивающейся общей культурологии или до сих пор не имеющей сколько-нибудь развернутого монографического или диссертационного исследования специальной культурологии региона, и по причине необходимости соответствия фундаментальной науки современным образовательным и социальным стратегиям.
ПРОБЛЕМА диссертации связана с насущной надобностью воссоздания истории региональной культуры, что предполагает установление ее истоков, основ и наиболее важных «узловых» моментов эволюции; определение особо значимых факторов социокультурной динамики и таких периодов историко-культурного процесса, что обусловили общий и специфический характер локальной культурной структуры (подсистемы), в значительной мере оказавшейся базовой для всей российской социокультурной и государственной системы.
ОБЪЕКТ ИССЛЕДОВАНИЯ: история культуры России.
ПРЕДМЕТ ИССЛЕДОВАНИЯ: историко-культурное формирование Центрального региона России в эпоху Средневековья и раннего Нового времени.
ЦЕЛЬ ИССЛЕДОВАНИЯ - определить особенности культурогенеза средневекового и нововременного обществ на территории Центральной России, выявив предпосылки и закономерности сложения региона как историко-культурной зоны и рассматривая социокультурную динамику как процесс смены устойчивых и изменчивых состояний и обновления культурных систем.
ЗАДАЧИ ИССЛЕДОВАНИЯ:
- собрать и обобщить разрозненные данные специальных наук о различных сторонах культуры региона;
12
- проанализировать историю изучения культуры Центральной России и создать современный вариант ее историографии;
- рассмотреть культурологию региона как отрасль обобщающего (интегративного, синтетического) знания и показать эвристический потенциал системно-синергетического подхода к исследованию региональных культурных процессов;
- определить содержание категории «культурогенез» и связанные с ней понятия современной теоретической и исторической культурологии;
- определить факторы культурогенеза, постоянно действовавшие в самый значимый период этнического, культурного и государственного самоопределения региона;
- выявить специфику и принципы формирования этносоциального и историко-культурного пространства и основы социокультурной целостности Центральной России;
- исследовать обозначенный регион как специфическую историко-культурную зону с вариативными геокультурными и коммуникативными микрорегиональными характеристиками, обусловившими локальные особенности культурогенеза ее средневекового и нововременного обществ (закономерности динамики, циклов развития и логики движения);
- раскрыть особенности генезиса таких ее культурных подсистем, как этническая структура, экономика и управление, земледелие и торговля, характер поселений, тип ментальности, духовно-религиозная жизнь и художественное творчество;
- ввести новый региональный материал в поле зрения исторической культурологии;
-способствовать формированию культурологической компетентности, культурной идентичности и историко-культурной памяти молодого поколения жителей региона, а также развитию современной культуры Отечества.
13
ГЕОГРАФИЧЕСКИЕ И ХРОНОЛОГИЧЕСКИЕ РАМКИ ИССЛЕДОВАНИЯ: Географические рамки исследования преимущественно совпадают с границами Центрального административного района Российской Федерации (незначительное расхождение определяется историческим изменением государственно-административной
принадлежности территориальных областей) и включают занимающие центральное положение в издавна наиболее освоенной европейской части
^ страны Московскую, Брянскую, Владимирскую, Ивановскую, Калининскую,,
Калужскую, Костромскую, Орловскую, Рязанскую, Смоленскую, Тульскую, Ярославскую области и компактные по территории области Черноземья -Белгородскую, Воронежскую, Курскую, Липецкую и Тамбовскую. Исторически эти земли развивались в тесной связи, но в разном направлении, что на рубеже XVIII-XIX вв. выразилось формированием Центрально-промышленного и Черноземно-земледельческого (впоследствии будет называться Центрально-земледельческим и Центрально-Черноземным) экономических регионов России. По этой причине и в силу того, что
i?\ геокультурное пространство Центральной России окончательно оформилось
лишь в XVIII столетии, а очевидное преодоление рамок традиционной культуры отмечается здесь не ранее XIX века, временной период исследования локализуется в пределах предшествующего тысячелетия: от рубежа УШ-1Хдо рубежа XVIII-XIX вв.
Попытка показать столь длительную регионально-культурную эволюцию связана, в первую очередь, с реальным временем жизни региональной культуры, условно относимой к мезоуровню. Такой подход, благодаря состоянию современной источниковедческой базы и степени историографической изученности диссертационной проблемы, позволяет осуществить необходимый ретроспективный анализ с определенной степенью полноты и завершенности, так как принятые хронологические рамки показывают важнейшие качественные сдвиги
14
социокультурного формообразования, а историческое обозрение широкой региональной географии демонстрирует количественные изменения означенного геокультурного пространства.
ОСНОВНАЯ ИДЕЯ: скрупулезное исследование в рамках современной культурологической парадигмы и контексте общего исторического развития условий, факторов и путей формирования значительного и не менее значимого для Отечества историко-культурного региона дает реальную возможность выявления действенных и ныне системно-синергетических факторов функционирования не только исторического ядра — Центральной России, но и всего сложнейшего организма русской культуры.
СТЕПЕНЬ НАУЧНОЙ РАЗРАБОТАННОСТИ ПРОБЛЕМЫ:
Центральная Россия была и остается объектом пристального внимания широкого круга ученых, представлявших и представляющих самые разные научные школы и исследовательские направления. Однако, как свидетельствует материал, историческая и культурологическая мысль до сих пор развивала преимущественно общерусское содержание и направленность. Социальная и культурная история региона, во многом ставшая основой целого ряда оригинальных концептуальных построений и историософских теорий, отражена в общеисторических и специально-тематических работах разного времени и характера, в значительной мере сформировавших базовую часть общероссийской историографии. В последние годы к признанным отечественной научной классикой историческим, историко-географическим, культурфилософским, социально-экономическим или искусствоведческим трудам прибавилось значительное количество оригинальных работ культурологической или культуроведческой и историко-художественной направленности, отличающихся своеобразием авторской позиции (А.С. Ахиезер, Т.С. Георгиева, С.Д. Домников, М.С. Каган, И.В. Кондаков, Н.А. Нарочницкая, К. Петров-Стромский, А. Панченко, В.М. Розин, В.Ф.Шаповалов, АЛ.Флиер и так далее), многоаспектностью освещения
15
отечественных культурно-исторических процессов и фундаментальной фактологической базой.
В течение длительного периода шло успешное накопление "и систематизирование оригинального регионального материала, способствующего определению естественно-географической
обусловленности эволюции территории в ее связи с социальными изменениями и хозяйственными и в целом культуро-творческими возможностями населения. В то же время, как свидетельствует наличествующая культуроведческая литература, провинциальная историческая мысль продолжала сохранять общерусское содержание. Потому в современной исторической и культурологической науке еще Hf^ сложилось целостной картины развития социальных основ бытия и духовно-художественной культуры Центрального региона России. Его социокультурную историю еще только предстоит написать.
Однако в последние годы появился ряд работ общетеоретического и методологического содержания, оказавшихся прецедентными для разработки обозначенной исследовательской проблемы и реально послуживших основанием построения модели этногеографического формирования и историко-культурного развития региона; в определенной степени подсказавших как теоретические критерии отбора материала, так и принцип его ретроспективного разворачивания. К таковым в первую очередь относятся новейшие теоретические, историко-культурологические и философские труды М.С. Кагана и А.Я Флиера; авторская концепция этнологии, внутриэтнического распределения культуры и структурирования этноса (историческая этнология) СВ. Лурье; общетеоретические положения регионалистики, проиллюстрированные примерами методологии практического анализа эволюции древнейших историко-культурных зон России авторов коллективной монографии «Основания регионалистики» (1999 г.) под общей редакцией А.С. Гердта и Г.С. Лебедева; разработанное
16
Л.М. Мосоловой в процессе масштабного исследовательского проекта «Регионы России» (1998-2004) теоретико-методологическое руководство к региональным культурологическим изысканиям; ряд статей (Л.С. Вагиновой, Е.В. Васильевой, З.Д. Ильиной, И.А. Жерносенко, СБ. Смирнова, Ю.В. Новик, Н.А. Костюриной, Х.Г. Тхагапсоева, А.Ю. Чукурова, Э.А. Шулеповой, ПК. Щедриной и др.) и диссертационных работ (Л.В. Дмитриевой, Н.А. Кривич, М,Р. Маняхиной, Н.А. Розенберг и др.), осмысляющих и описывающих в диахронической и синхронической проекции и межтерриториальном соотнесении актуальные проблемы и многообразные аспекты бытия локальных культур России.
В пространстве библиографии по культурологии и философии культуры, исторической, социологической, искусствоведческой и другой специализированной научной литературы диссертант ориентировался на конкретные научные направления и тексты, содержащие фактический и аналитический материал, способствующий раскрытию исследуемой проблематики и выстраиванию в обозначенном контексте авторской модели региональной культуры. В необходимой мере использовались разноплановые и разнохарактерные научно-публицистические, публицистические, справочные и даже популярные работы, содержащие или не достаточно репрезентируемые, или вовсе не отраженные (ни фактически, ни тематически) в научных публикациях значимые персоналии и вещественные и идеальные артефакты истории культурного развития региона. В целях обозначения особенностей и характера региональных культуроформирующих процессов и иллюстрирования исторически наблюдаемых духовно-художественных явлений общеконтекстному исследованию подверглись памятники и феномены художественной культуры различных эпох.
Культурология как «сфера совокупного знания» (А.Я. Флиер), включающего его самые разнообразные компоненты, как новая, соотносящая
17
Список литературы
- Стоимость доставки:
- 230.00 руб