Каталог / ЮРИДИЧНІ НАУКИ / Кримінальне право та кримінологія; кримінально-виконавче право
скачать файл: ![](/design/img/wordl.gif)
- Назва:
- Темирханов Максим Акимович. Цели уголовного наказания и процесса наказывания
- Альтернативное название:
- Темірханов Максим Якимович. Цілі кримінального покарання і процесу доказування
- ВНЗ:
- Академия права и управления Федеральной службы исполнения наказаний - ФКОУВПО
- Короткий опис:
- Темирханов Максим Акимович. Цели уголовного наказания и процесса наказывания: диссертация ... кандидата юридических наук: 12.00.08 / Темирханов Максим Акимович;[Место защиты: Академия права и управления Федеральной службы исполнения наказаний - ФКОУВПО].- Рязань, 2015.- 181 с.
Содержание к диссертации
Введение
Глава 1. Общая характеристика наказания: статический и динамический аспекты
1.1. Уголовное наказание как понятие и процесс наказывания 13
1.2. Институт наказания и его цели в советском и постсоветском уголовном праве 31
1.3. Проблемы соотношения категорий уголовной ответственности и наказания 50
Глава 2. Цели уголовного наказания как категории права и правового явления
2.1. Цели наказания как нормативно-концептуальная проблема уголовного права 66
2.2. Цель назначения наказания как динамическая форма его функционирования 88
2.3. Цель уголовного наказания на стадии его исполнения (отбывания) 114
Заключение 141
Список использованной литературы 145
Институт наказания и его цели в советском и постсоветском уголовном праве
Уголовное наказание, как и всякая форма социальной ретроспективной ответственности, представляет собой механизм связи личности и государства, которая предполагает два взаимосвязанных аспекта – позитивный и ретроспективный. Наказание как категория права представляет собой догматическую форму, где получает законодательное закрепление своих видов и находит отражение в санкциях норм Особенной части УК РФ. Функциональное значение этого позитивного аспекта наказания состоит в установлении регулятивно-охранительных отношений, в результате которых складывается правопорядок в общественных отношениях.
Основной недостаток предшествующих исследований, посвященных проблеме наказания и его целей, на наш взгляд, заключается в нормативно-догматическом подходе, где этот институт уголовного права рассматривается лишь как категория права. Между тем многие проблемные вопросы исследуемого объекта лежат в социально-правовой плоскости, то есть когда наказание выступает в значении правового явления. Следовательно, наказание можно рассматривать в значении категории права и правового явления.
Закрепленные в нормах уголовного закона предписания адресованы соответствующим лицам (субъектам) и реализуются в большинстве случаев в форме законопослушного поведения. В этом состоит позитивный аспект наказания.
Объективная сторона в наказании в этом случае представлена в виде внешнего, по отношению к субъекту права, требования соблюдать возложенные на него обязанности. Такое объективное требование отражается в субъективном чувстве субъекта права и превращается в позитивную необходимость подчиниться повелениям уголовного закона.
Выделение отмеченных аспектов наказания, по нашему мнению, имеет теоретико-методологическое значение, суть которого состоит в правильном с точки зрения законодательной техники конструировании наказания как нормативно-правового (догматического) явления, обладающего свойствами нормативности. При этом другие аспекты, связанные, например, с назначением наказания или его исполнением, имеют свои признаки, составляющие категорию правового явления (то есть социального явления, которое вызвано к жизни карательно-репрессивным воздействием).
Общественные противоречия, обусловленные в значительной мере множеством частных интересов, как известно, должны разрешаться посредством права, которое основано на принципах социальной справедливости и равенства.
В действительности, как свидетельствует судебная практика, противоречия между интересами личности и общества нередко разрешаются путем совершения правонарушений, в том числе преступлений. На этот случай уголовный закон предусматривает соответствующие меры, имеющие целью восстановление правопорядка. В этом и заключается социальная функция уголовного закона.
Уголовно-правовая реакция государства на совершенное преступление, имеющая целью восстановление правопорядка, должна осуществляться в рамках правоотношений, то есть гарантироваться от субъективизма и произвола. Такой гарантией должны стать уголовно-правовые отношения в ретроспективном их аспекте.
В основе уголовно-правовых отношений, как известно, лежат уголовно-правовые нормы. Традиционно в теории права структура нормы состоит из гипотезы, диспозиции и санкции. Применительно к уголовному праву, естественно, возникает вопрос: как работает санкция в этом механизме? Известная позиция В.М. Когана, что преступление и нарушает уголовно-правовую норму, и служит условием его применения1, вызвала определенную дискуссию в юридической литературе. Так, А.И. Бойцев отмечает, что санкция как средство детерминации правомерного поведения и как структурный элемент нормы также выступает в двух ипостасях: в адресованности лицам, обязываемым к угодному государству поведению (в позитивном плане), – как санкция, подкрепляющая правовое влияние; в адресованности правоохранительным органам (в ретроспективном плане) – как мера воздействия, которую необходимо применять за совершение преступления2. По мнению указанного автора, уголовно-правовая норма имеет двойную структуру: рассчитанную на позитивное поведение лица, а в случае неадекватной обратной связи – на негативное поведение, связанное с нарушением уголовно-правового запрета (нормы). Уголовно-правовая санкция, несомненно, служит фактором, усиливающим требование диспозиции, одновременно выступающим в значении негативных правовых последствий совершенного преступления. По устоявшемуся выражению: «Без диспозиции существование нормы – немыслимо, без гипотезы – бессмысленно, без санкции – бессильно».
Уголовно-правовая санкция в этом случае понимается в значении наказания. На это обстоятельство мы специально обращаем внимание лишь потому, что в юридической литературе понятие санкции используется для обозначения не только мер государственного принуждения за порицаемое поведение, но и мер государственного поощрения за социально одобряемое поведение, например, за посткриминальное позитивное поведение3.
Проблемы соотношения категорий уголовной ответственности и наказания
Впервые в истории советского уголовного права в законе было определено понятие наказания. Так, в ст. 20 УК РСФСР 1960 г. наказание признавалось не только карой за совершенное преступление, но и имело своей целью исправление осужденных в духе честного отношения к труду, точного исполнения законов, уважения к правилам социалистического общежития.
Кроме того, в отдельной статье (ст. 21) в УК РСФСР 1960 г. был закреплен полный перечень наказаний: лишение свободы; ссылка; высылка; исправительные работы без лишения свободы; лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью; штраф; увольнение от должности; возложение обязанности загладить причиненный вред; общественное порицание; конфискация имущества; лишение воинского или специального звания; направление в дисциплинарный батальон.
Относительно смертной казни как вида уголовного наказания необходимо заметить, что она не входила в общий перечень наказаний и рассматривалась как исключительная мера наказания, которая в перспективе возможно будет отменена. Смертная казнь по этому уголовному закону предусматривалась за 33 состава преступления, включая и такие составы, как взяточничество при отягчающих обстоятельствах, сопротивление работникам милиции и народным дружинникам при отягчающих обстоятельствах, особо крупное хищение государственного и общественного имущества1.
Лишение свободы признавалось основным видом уголовных наказаний и предусматривалось за большинство составов преступлений: включая преступления небольшой тяжести, наряду с такими наказаниями, как
В качестве основных и дополнительных наказаний признавались следующие: ссылка, высылка, лишение права занимать определенные должности и заниматься определенной деятельностью, штраф, увольнение от должности, возложение обязанности загладить причиненный вред. Лишь конфискация имущества и лишение воинского и специального звания признавались по УК РСФСР 1960 г. в качестве дополнительных наказаний.
Так, ст. 4 Основных начал уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик от 31 октября 1924 г. устанавливала, что меры социальной защиты, наряду с иными целями, преследуют цель исправительного трудового воздействия на осужденных1.
Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик от 25 декабря 1958 г. в ст. 20 указывали на цель «исправления и перевоспитания осужденных в духе честного отношения к труду, точного исполнения законов, уважения к правилам социалистического общежития»2.
Соответственно, УК союзных республик аналогичным образом закрепили такое определение исправления и перевоспитания осужденных.
Как известно, основы уголовного законодательства Союза ССР и республик от 2 июля 1991 г., которые не вступили в юридическую силу, наряду с другими целями, указывали лишь на цель исправления осужденных, отказавшись от цели перевоспитания3.
Действующее уголовное законодательство (УК РФ 1996 г.), оставаясь по-прежнему в русле советской тенденции развития права, одновременно
В 2009 г. ст. 53 УК РФ получила иную редакцию, по существу было принципиально изменено содержание ограничения свободы как вида наказания. В 2011 г. действующее уголовное законодательство было дополнено новым видом наказания – принудительные работы (ст. 53.1 УК РФ), который рассматривается законодателем как альтернатива лишению свободы и применяется за совершение преступлений небольшой или средней тяжести либо тяжкого преступления впервые.
Таким образом, советское и постсоветское уголовное законодательство применительно к институту наказания в своем развитии прошло несколько этапов: а) этап полного отсутствия законодательных основ, устанавливающих виды и систему наказаний (Руководящие начала по уголовному праву 1919 г. сохраняли лишь общие принципы уголовного права); б) кодифицированность уголовного закона и отказ от наказания как категории права, замена его на меры социальной защиты, основанные на идеях социологической школы уголовного права (Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1924 г.);
Цель назначения наказания как динамическая форма его функционирования
При этом следует заметить, что даже на стадии исполнения наказания цель исправления осужденного не может быть реально достигнута, а стало быть, и постановка такой цели весьма проблематична. Примером тому может служить исполнение наказания в виде штрафа. Как известно, отмеченный вид наказания исполняется как единовременная мера, непосредственно не связанная с применением исправительного воздействия на осужденного. Значит, заключительная стадия реализация наказания предполагает востребованность и других целей наказания. В противном случае остается открытым вопрос о том, зачем суд назначает наказание в виде штрафа, если оно реально не может достигнуть цели наказания? Видимо, в силу логики законодателя, в исправлении нуждаются лишь лица, совершившие тяжкие и особо тяжкие преступления.
Остается открытым вопрос о соотношении целей наказания и задач уголовного закона (ч. 1 ст. 2 УК РФ). Наказание, как известно, представляет собой один из институтов уголовного закона, и потому цели наказания по отношению к задачам закона могут выступать как частные, входящие в общие задачи.
Профессор А.Э. Жалинский, оценивая соотношение понятий «задачи уголовного законодательства» и «цели наказания», отметил, что воля законодателя требует уяснить, есть ли различие между содержанием задач уголовного закона и целями наказания. По его мнению, понятие задач отражает содержание того, чего нужно достигнуть, оно указывает на некоторое желательное состояние объекта управления; в свою очередь, цели наказания указывают в большей степени на направление движения, вектор воздействия, и носят ориентирующий характер, поэтому входят в содержание задач уголовного закона и права (ч. 2 ст. 43 УК РФ)1.
Задачи уголовного закона определяются с позиций системы российского права в целом, они ориентированы на то, что уголовный закон должен выполнять свою функцию в общем регулятивном правовом механизме. К примеру, отношения собственности (право владения, пользования и распоряжения) регулируются, как известно, гражданским законодательством и составляют его предмет, который определяет и задачи, и набор средств и методов. Однако функция охраны отнесена к задачам уголовного законодательства (ч. 1 ст. 2 УК РФ), поскольку последнее располагает соответствующим методом (способом), в числе которого наказания и иные меры уголовно-правового характера (ч. 2 ст. 2 УК РФ).
В социально-правовом значении задачей уголовного закона является обеспечение принудительными средствами этого же закона социального благополучия, безопасности, свободы граждан, нормального функционирования органов государственной власти и управления.
Вместе с тем возникает вопрос о том, как понимать законодательное закрепление предупреждения преступлений – одной из задач уголовного закона или целью наказания? Представляется, что указывая на предупреждение наказаний как на задачу уголовного законодательства, законодатель определил предупредительную функцию уголовного права, которая применима и к динамическому, и к статическому аспектам наказания. Этот аспект оказывает, как мы уже отметили, предупредительное воздействие (общую превенцию) на уровне так называемых общих уголовно-правовых отношений.
Что касается предупреждения преступлений как цели уголовного наказания в его динамическом аспекте (назначение меры наказания и исполнение (отбывание) наказания), то она приобретает частный характер и может быть выражена в зависимости от стадии наказания, например, при назначении наказания – цель восстановления социальной справедливости.
Таким образом, можно сделать следующие предварительные выводы по определению значения и роли категории «цель наказания». Во-первых, категория «цель» может выступать в нескольких значениях: 1) как факторы конструирования системы наказания (объективная цель); 2) как конечный результат применения наказания. Во-вторых, система наказаний, закрепленная в ст. 44 УК РФ, является таковой лишь относительно своих целей – восстановления социальной справедливости, предупреждения преступлений и исправления осужденного, обеспечивающего действие уголовно-правового запрета. В-третьих, цели наказания необходимо рассматривать в органической связи со стадиями функционирования наказания: статической (регулятивной) и динамической (охранительной). В-четвертых, динамическая стадия включает в себя назначение и исполнение наказания, каждое из которых имеет частные цели, производные от общей цели наказания – предупреждения преступлений, обеспечивающего действие уголовно-правового запрета.
Цель уголовного наказания на стадии его исполнения (отбывания)
Кару следует рассматривать как лишение и ограничение прав и свобод осужденного, вызывающие у него страдания, как правовые последствия совершенного им преступления. Это не слепая месть преступнику, а неизбежные правовые последствия совершенного осужденным преступления, определяемые рамками уголовно-правовой санкции Особенной части УК РФ. Покарание осужденного как цель наказания на стадии его исполнения есть ограниченный временными рамками процесс наказывания, направленный на лишение определенных в законе прав, свобод, интересов и благ осужденного или ограничение в обладании ими в зависимости от категории совершенного преступления и обстоятельств, отягчающих или смягчающих меру наказания, личности преступника. В этом случае цель выступает не как конечный результат, который необходимо достигнуть в процессе наказывания осужденного, а как состояние этого процесса, способного (или не способного) вызвать страдание и раскаяние у осужденного в содеянном. К примеру, по результатам нашего исследования, наказание, связанное с лишением свободы, способно вызвать страдание вследствие: утраты свободы – у 76 % опрошенных; отрыва от семьи и родственников – у 49 %; пребывания на строгих условиях отбывания наказания – у 45 %; отрыва от коллектива, в котором ранее работал, – у 32 %; распада семьи, вызванного фактом совершения осужденным преступления, – у 28 %; пребывания в среде преступников – у 29 %; невозможности иметь нормальные половые отношения – у 46 %; отсутствия работы по специальности – 24 %; материально-бытовых ограничений – у 19 %; отсутствия возможности общения по интернету – 28 %. Приведенные эмпирические показатели отражают, на наш взгляд, содержание наиболее типичных переживаний осужденных, сопряженных с процессом отбывания наказания.
Все обстоятельства, которые вызывают у осужденных переживания в связи с отбыванием наказания, можно разделить на несколько групп. Прежде всего выделим группу эмпирических показателей, характеризующих переживания осужденными уголовной кары. К ним относятся: переживания осужденных, связанные с утратой свободы, условиями отбывания наказания и материально-бытовыми ограничениями. То обстоятельство, что очень высокий процент составляет утрата свободы, свидетельствует о высокой эффективности карательного воздействия рассматриваемого вида наказания на сознание осужденных.
Другая часть эмпирических показателей, характеризующих переживания осужденных, непосредственно не связана с применением кары за совершенное преступление и составляет так называемые побочные последствия, связанные с фактом лишения осужденного свободы: отрыв от семьи и родственников, от коллектива, в котором работал до осуждения, распад семьи, пребывание в среде преступников, невозможность иметь нормальные половые отношения, отсутствие работы по специальности, отсутствие возможности общаться со сверстниками по интернету.
Иными словами, лишение свободы как форма наказывания осужденного на стадии его исполнения (отбывания) не только затрагивает те блага, которые поражаются процессом покарания, но и неизбежно нарушает весь уклад жизни человека, включая его естественно-физиологические потребности.
Наглядным примером покарания виновных как цели исполнения наказания является исполнение наказания в виде пожизненного лишения свободы.
Как известно, осужденные к пожизненному лишению свободы отбывают наказание в исправительных колониях особого режима и содержатся в камерах (ч. 6 ст. 74 УИК РФ). При этом строгие условия содержания в камерах мало чем отличаются от тюремных условий. По сути, исправительные колонии особого режима, предназначенные для отбывания наказания в виде пожизненного лишения свободы, ничем принципиально не отличаются от тюрем. Хотя по правовому положению этот вид исправительного учреждения должен быть с более мягким режимом содержания. Отбывание наказания в камерах само по себе делает условия очень тяжелыми, ограничивающими даже пребывание на свежем воздухе. В соответствии с ч. 4 ст. 127 УИК РФ, осужденные к пожизненному лишению свободы по отбытии 10 лет могут быть переведены в облегченные условия. Возникает вопрос о целях наказания в отношении этой категории лиц? Вполне очевидно, что законодатель (ч. 2 ст. 43 УК РФ) при определении целей наказания не выделяет их по видам наказания, а это означает, что формально можно считать исправление целью применения пожизненного лишения свободы. Однако условия содержания и неопределенность жизненных перспектив пожизненно лишенных свободы фактически исключают возможность исправления этой категории. Следовательно, наказание осужденных рассматриваемой категории является единственной целью исполнения наказания как заключительной формы наказывания.
Международно-правовые нормы в рассматриваемой сфере ориентируют национальные законодательства таким образом, что позитивные социальные цели наказания в виде пожизненного лишения свободы не только не снимаются, а напротив, являются приоритетными, по сравнению.
Результаты сравнительно-правового анализа действующего уголовного и уголовно-исполнительного законодательства, которого провел К.А. Сыч, позволяют полагать, что отечественное законодательство не в полной мере отвечает требованиям отмеченных норм международного права. Карательно-репрессивное воздействие на осужденного к пожизненному лишению свободы является, по всей видимости, основной законодательной задачей исполнения этого вида наказания.
- Стоимость доставки:
- 230.00 руб