Черников Сергей Васильевич. Дворянские имения Центрально-Черноземного региона России в первой половине XVIII века

Краткое описание

Черников Сергей Васильевич. Дворянские имения Центрально-Черноземного региона России в первой половине XVIII века : диссертация ... кандидата исторических наук : 07.00.02.- Липецк, 2001.- 261 с.: ил. РГБ ОД, 61 01-7/625-4

Липецкий государственный техническим университет
На правах рукописи
Черников Сергей Васильевич
Дворянские имения Центрально-Черноземного региона России в первой половине ХУІІІ века

Диссертация на соискание ученой степени кандидата исторических наук

Липецк - 2000
Научный руководитель - доктор исторических наук, профессор В.М. Важинский 
СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ 3
ГЛАВА 1. ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ДВОРЯНСКОГО
ЗЕМЛЕВЛАДЕНИЯ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII ВЕКА 41
1.1. Особенности феодального земельного права в России в первой половине XVIII века 41
1.2. Правовое регулирование дворянского землевладения в первой половине XVIII века 46
1.3. Межевое законодательство и межевая практика России первой
половин ы XVIII века 68
ГЛАВА 2. ДВОРЯНСКИЕ ИМЕНИЯ ЧЕРНОЗЕМНОГО ЦЕНТРА РОССИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII ВЕКА: РАЗМЕЩЕНИЕ И СОЦИАЛЬНО-ЧИНОВНАЯ СТРУКТУРА 82
2.1. Размещение и структура дворянских владений в ЦЧР в первой половине XVIII века ' ч. 82
2.2. Социально-чиновная структура дворянских владений Центрального
Черноземья в первой половине XVIII века 98
ГЛАВА 3. РОДОВАЯ СТРУКТУРА ДВОРЯНСКИХ ИМЕНИЙ В ЦЧР В
ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII ВЕКА 113
3.1. Титулованное дворянство 116
3.2. Нетитулованные старомосковские фамилии . 131
3.3. Провинциальное дворянство 143
3.4. Фамилии, вошедшие в состав российского дворянства в первой половине XVHI века 161
ЗАКЛЮЧЕНИЕ 174
ПРИМЕЧАНИЯ 180
СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ 243
ВВЕДЕНИЕ
Одним из основных направлений развития отечественной исторической науки на протяжении XIX-XX веков остается изучение аграрной истории Рос¬сии периода позднего феодализма. Обширный пласт работ посвящен и вопро¬сам, связанным с процессом эволюции светского феодального землевладения в эту эпоху. Вместе с тем, до настоящего времени 1-я половина XVIII столетия остается значительно менее изученной по сравнению как с предыдущим, так и с последующим периодами.
1 2
Актуальность выбора темы «Дворянские имения Центрально-Черно¬земного региона России 3 в первой половине XVIII века» определяется целым рядом объективных факторов.
Являясь сосредоточием политической власти в стране и социальной опо¬рой российской монархии на всех этапах ее существования, сословие светских феодалов оставалось на протяжении многих веков господствующим и в эконо¬мической сфере. Основу этого господства неизменно составляла собственность боярско-дворянского сословия на землю и крепостных. Имение светского фео¬дала, вместе с тем, представляло собой ячейку феодального способа производ¬ства и служило отражением социального облика дворянства. С этой точки зре¬ния исследование размещения, эволюции и структуры светской феодальной собственности предстает в качестве одного из приоритетных направлений изу¬чения истории России периода феодализма.
Весьма важной представляется и региональная направленность работы 4.
Освоение новых плодородных земель в условиях экстенсивного развития крепостнического хозяйства было основой сохранения его доходности. Уже к рубежу XVII-XVIII вв. ЦЧР становится одним из центров светского феодально¬го землевладения, а в 1-й половине XVIII столетия процесс расширения дворян¬ских имений на Юге России резко активизируется. В это же время в Централь¬ном Черноземье окончательно формируется один из основных зернопроизводя¬щих районов страны .
Первая половина XVIII столетия также стала новым этапом в развитии дворянского землевладения в России. Протекал процесс консолидации дворян¬ства. В состав данного сословия были включены многочисленные обществен¬ные группы, составлявшие в Московском государстве слой светских феодалов. Вместе с тем, возникает новый источник пополнения сословия - выслуга. Ли¬ния правительства на унификацию социальной структуры общества сопровож¬далась процессом монополизации права на владение землей и крепостными в руках дворянства. На протяжении указанного периода произошло окончатель¬ное слияние двух форм феодальной собственности на землю, была ликвидиро¬вана поместная система, существовавшая в России с конца XV века. К 1762 г. завершился процесс освобождения дворянства от обязательной государствен¬ной службы. Происходил масштабный количественный рост светского фео¬дального землевладения. В Центральном Черноземье процесс расширения дво¬рянских имений был тесно связан с освоением Юга страны и борьбой за землю с однодворческим населением.
Объектом исследования в настоящей работе являются дворянские име¬ния Центрально-Черноземного региона России в 1-й половине XVIII в.
В качестве предмета диссертационного исследования выступают: разме¬щение дворянских имений, а также структура и процесс эволюции данного вида дворянской собственности в Центральном Черноземье на протяжении 1-й поло¬вины XVIII в.
Известный российский почвовед В.В. Докучаев определял Центрально-черноземную Россию как регион, в который входили территории бассейна Дон¬ца, верхнего и среднего течения Дона, а также правых притоков Оки и Волги (приблизительно от Тетюшей до Камышина) 6. Однако поскольку почвенное и административное деление Российского государства не совпадали, то геогра¬фические рамки нашего исследования охватывают территорию двух губерний: Белгородской и Воронежской (в границах 1727 г.)7. В соответствии с современ¬ным территориальным делением здесь расположены Белгородская, Воронеж¬ская, Курская, Липецкая, Орловская, Тамбовская, а также части смежных с ни¬ми областей. Указанный район обладал практически одинаковыми природно¬климатическими и хозяйственными условиями развития 8.
Хронологические рамки работы охватывают период с 1700 по 1762 г., и подобный выбор объясняется в первую очередь наличием массовых источников, необходимых для раскрытия указанной темы 9.
Цель исследования заключается в осуществлении комплексного анализа процесса эволюции дворянских имений в Центрально-Черноземной России в 1-й половине XVIII века.
Исходя из вышеуказанной цели, поставлен целый ряд задач:
1. Проанализировать законодательное регулирование прав дворянства на землю; рассмотреть вопросы, связанные с характером и юридическим статусом этой собственности, ролью государства и родовых корпораций в структуре соб¬ственности; дать адекватную оценку взаимосвязи служебных обязанностей привилегированного сословия и его прав на владение землей и крепостными.
2. Изучить количественные и структурные характеристики имений дво¬рянства на Юге России в 1-й половине XVIII века, в частности, их поуездное размещение и соотношение различных типов владений (крупных, средних, мел¬ких).
3. Раскрыть социально-чиновную структуру владений сословия светских феодалов в регионе; определить удельный вес имений различных чиновных групп и роль правящей верхушки сословия в расширении дворянского земле¬владения в ЦЧР; выявить взаимозависимость чиновного статуса дворянина и структуры его владений.
4. Рассмотреть родовую структуру дворянских имений на Юге России, в частности, выяснить роль «новой знати» XVIII в., старомосковской и княжеской аристократии, а также провинциального дворянства в расширении владений со¬словия светских феодалов в регионе; сделать вывод о степени стабильности землевладения фамилий, вошедших в состав знати в петровское и послепетров¬ское время; установить смогла ли «новая знать» потеснить землевладение бояр- ской аристократии и тех родов, которые формировали правящую верхушку со¬словия светских феодалов в XVII веке; рассмотреть структуру и размещение
владений наиболее значимых дворянских фамилий.

Список литературы

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Подведем наиболее общие итоги.
Юридический статус дворянского землевладения в течение 1 -й половины XVIII в. претерпел определенные изменения. Крайне жесткие ограничения прав сословия на владение и распоряжение недвижимостью, введенные при Петре I, во 2-й четверти XVIII столетия постепенно отменяются. Был ослаблен контроль дворянских родовых корпораций над сделками с имениями, находящимися в собственности отдельных представителей фамилии.
Вместе с тем, землевладение дворянства на всем протяжении 1-й полови¬ны века продолжало носить феодальный, крепостнический, условный и ограни¬ченный характер. Сохраняются иерархическая структура собственности (госу¬дарство - род - дворянин), а также элементы вотчинной юрисдикции землевла¬дельца по отношению к крепостному крестьянству. Происходит усиление со¬словного характера дворянской собственности на населенные и ненаселенные имения. Сохранив право верховной собственности на весь дворянский земель¬ный фонд, казна в течение всего изучаемого периода, как и ранее, активно ис¬пользует практику конфискации и пожалования имений. Продолжают сущест-вовать значительные ограничения прав собственника на распоряжение вотчи¬нами. Ликвидация поместной системы и либерализация дворянской службы, начавшаяся после смерти Петра I, фактически не изменили традиции, в соот¬ветствии с которой сословие рассматривалось как служилое, а право дворянства на владение недвижимостью было прочно связано с государственной службой.
В 1-й половине XVIII столетия начинается новый этап развития дворян¬ского землевладения на Юге страны. Это было обусловлено следующими фак¬торами:
Во-первых, в данное время ЦЧР фактически теряет статус пограничной территории. В указанном процессе решающую роль сыграли однодворческая колонизация Юга России в XVII столетии и постройка Белгородской и Изюм- ской засечных черт, сделавшие уезды Центрального Черноземья более безопас¬ными. Помимо этого, новые принципы комплектования армии, введенные при Петре I, значительно снизили потребности короны в служилых людях, в том числе и на южных рубежах страны. А поскольку как в XVII, так и в XVIII вв. политика правительства в отношении статуса уездов Юга России обусловлива¬лась балансом между узкосословными интересами дворянства и заинтересо¬ванностью монархии в безопасности южных границ государства 1, верховная власть уже в конце XVII столетия значительно ослабляет контроль за распро¬странением светского феодального землевладения в Центрально-Черноземном регионе.
Во-вторых, в изучаемый период происходит активизация процессов кон¬солидации сословия светских феодалов и его размежевания с остальной массой служилых людей, вошедших при Петре I в состав податных категорий населе¬ния. Осуществляется слияние различных привилегированных социальных групп, унификация их статуса, ликвидируется разделение дворянства на мос¬ковские и городовые чины, а затем устанавливается единая чиновная иерархия Табели о рангах 1722 г. Кроме того, уже к концу XVII столетия происходит рас¬пад «служилого города», усиливается мобилизация земли в дворянской среде, вследствие чего землевладение городовых дворян перешагнуло границы тех уездов, по которым они служили 2.
Именно этими причинами было вызвано то, что с конца XVII в. прави¬тельство фактически отказалось от системы заказных городов. Новые принци¬пы землевладения на Юге страны были утверждены в законодательном порядке в 1727 г.: разделение уездов на закрытые и открытые для московских чинов от¬менялось, а дворянство получило право на беспрепятственное приобретение земель в бывших заказных городах, исключая земли однодворцев. К сохране¬нию однодворческого землевладения правительство подталкивала неразрешен- ность Крымского вопроса и необходимость сохранения однодворцев как плате¬жеспособной категории населения, способной содержать ландмилицию и слу¬жить в ее составе; а поскольку интересы казны ограничивались именно этим, самодержавие с 30-х гг. XVIII в. разрешает дворянам покупку «отсутственных» однодворческих земель, на которых представители тяглого сословия не были положены в подутттний оклад. Наметившаяся тенденция к ограничению земле-владения однодворцев их наделами, стала еще одним шагом на пути сближения статуса мелких служилых людей Юга России с положением государственных крестьян.
С этой точки зрения вполне закономерно, что одной из важнейших харак¬теристик процесса эволюции дворянских владений в Центральном Черноземье в 1-й половине XVIII в. являлось их территориальное расширение. За период 1700-1762 гг. общие размеры землевладения сословия в регионе, по нашим оценкам, выросли в 5,31 раза (с 1268 тыс. до 6737 тыс. десятин), а по пашне - в 3,55 раза (с 951 тыс. до 3375 тыс. десятин). За это же время численность крепо¬стных, проживавших в дворянских имениях Юга России, увеличилась в 3,37 раза - с 222 тыс. до 749 тыс. душ муж. п.
Наиболее масштабное проникновение крепостнического землевладения в южные уезды страны происходило в 1-й четверти XVIII в., когда экспансия дво¬рянства в ЦЧР была практически бесконтрольна. На это время пришлось свыше /3 миграционного прироста населения светских феодальных владений, отме¬ченного за период между 1700 и 1762 годами. После возобновления правитель¬ством в конце 20-х гг. XVIII в. протекционистской политики по отношению к однодворческому землевладению, темпы роста дворянских вотчин в регионе постепенно снижаются, а в период между II и III ревизиями прирост числа кре¬постных, принадлежавших светским феодалам, находился на уровне естествен¬ного.
Процесс активного расширения дворянских имений в 1-й половине XVIII века был наиболее характерен для уездов, располагавшихся на линии заказных городов 1681 г., а также к северу от нее, то есть для той территории, которая вплотную примыкала к древнему Замосковному краю, являвшемуся на протя¬жении веков сосредоточием светского феодального землевладения России.
Крупнейшими центрами дворянского земле- и душевладения в ЦЧР к се¬редине XVIII в. являлись Белевский, Брянский, Елецкий, Карачевский, Керен- сьсий, Кромский, Курский, Новосильский, Орловский, Рыльский, Ряжский, Сев- ский и Шацкий уезды. В более южных районах Центрального Черноземья рост дворянских вотчин был выражен не столь ярко, а уезды, расположенные по Бел¬городской черте, и к середине столетия оставались преимущественно однодвор¬ческими.
Территориальный рост крепостнического землевладения на Юге страны сопровождался укрупнением имений, и ко времени III ревизии в крупных вла¬дениях проживало 66,16 % крестьян светских феодалов по региону против 48,79 % в начале века. Концентрация земельного фонда и крепостных в руках крупных собственников была свойственна как для верхушки дворянства, так и для остальной части сословия, что опровергает устоявшееся мнение об измель¬чании владений рядового дворянства в связи с ликвидацией поместных раздач. Более того, темпы укрупнения владений дворянства, не входившего в правящую группу сословия, намного превышали те же показатели по имениям наиболее чиновного слоя дворян, где степень концентрации крепостных в крупных име¬ниях была близка к максимальной уже в начале XVIII столетия. Вышеперечис¬ленные процессы являлись особенностью Центрального Черноземья, поскольку расширение крепостнического землевладения в регионе осуществлялось в зна¬чительной мере за счет массового захвата и скупки земель.
Наиболее активной в освоении Центрально-Черноземной России являлась чиновная верхушка сословия, и за период с 1700 по 1762 г. доля крепостных, проживавших в имениях этого слоя дворянства, возросла на 16,8 % (с 42,4 % до 59,2 %). Таким образом, отказ правительства от системы заказных городов, ог¬раничивавших распространение владений московских чинов на Юге России, объективно способствовал усилению позиций верхушки дворянства в ЦЧР и расширению экономической базы политического господства этой части сосло¬вия. К середине XVIII столетия Центральное Черноземье становится одним из центров землевладения правящей группы дворянства. Взаимосвязь властных полномочий и собственности отражалась также в том факте, что удельный вес крупных имений в составе владений правящей группы светских феодалов в
ЦЧР был значительно выше, чем у остального дворянства.
Наряду с распространением дворянского землевладения, на Юге России происходил процесс трансформации родовой структуры имений привилегиро¬ванного сословия. В течение 1-й половины XVIII века доля крепостных, чис¬лившихся в ЦЧР за представителями родов, формировавших верхушку сосло¬вия в XVII веке, снизилась с 43,68 % до 25,44 %. В то же самое время удельный вес владений, принадлежавших «новой аристократии», сложившейся в изучае¬мое время, возрос с 0,6 % до 9,85 %. За указанный период также складывается слой особо крупных земле- и душевладельцев из числа провинциального дво¬рянства, а доля крепостного населения, сосредоточенного в имениях, принад¬лежавших по ЦЧР этим фамилиям, возрастает с 18,38 % до 27,26 %.
Данный процесс являлся отражением более общего: изменения состава тех дворянских родов, представители которых формировали правящую группу сословия.
Вовлечение во власть худородного провинциального дворянства и выход¬цев из социальных низов было вызвано необходимостью расширения социаль¬ной опоры тех реформ, которые проводились в стране при Петре I, а последо¬вавший за этим период дворцовых переворотов, характеризовавшийся сменой правящих элит, также позволил возвыситься целому ряду неродовитых и беспо¬родных фамилий. Кроме того, изменения в составе правящего сословия давали возможность активно формировавшемуся в этот период российскому абсолю¬тизму усилить независимость верховной власти от боярских аристократических фамилий XVI-XVII вв., а также найти источник для пополнения стремительно расширявшегося бюрократического аппарата.
Основной средой, из которой в петровское и послепетровское время рас¬ширялась правящая группа сословия, остаются многочисленные провинциаль¬ные фамилии. Из этого слоя в состав чиновной верхушки дворянства в 1-й по¬ловине XVIII в. попадают Алсуфьевы, Апраксины, Бестужевы-Рюмины, Ворон¬цовы, Головкины, Дубенские, Каменские, Сафоновы, Толстые, Ушаковы, Чер¬нышевы, Шеншины, Шепелевы, Шуваловы и целый ряд других родов. Провин¬
циальному дворянству также принадлежали ведущие позиции среди крупновот¬чинных родов ЦЧР: к 1762 г. из 140 фамилий, владевших на Юге России более чем по 1 тысяче душ муж. п., 97 относилось в XVII в. к среднему и низшему слою провинциальных дворян. Количество стремительно возвысившихся вы¬ходцев из низов общества было не так велико, и из них только графы и дворяне Разумовские и графы Скавронские владели в ЦЧР ко времени III ревизии более чем по 1 тысяче крепостных. Следует также заметить, что положение фамилий, вошедших в 1-й половине XVIII столетия в состав «новой знати», было весьма нестабильным, а аристократические корни имели лишь немногие (князья Кан¬темиры, князья фон Голштейнбек, царевич, принцы и князья Грузинские, князья Багратионы, князья Дадиановы).
Активное расширение на Юге России в 1-й половине XVIII в. земле- и душевладения «новой аристократии» и ряда провинциальных родов, представи¬тели которых проникали в высшие эшелоны власти, не привело тем не менее к резкому изменению родового состава крупных собственников в регионе. В их числе продолжают оставаться Безобразовы, князья Волконские, князья Гагари¬ны, князья Голицыны, графы и дворяне Головины, князья Долгоруковы, Измай¬ловы, Колычовы, князья Куракины, Лопухины, графы и дворяне Матюшкины, князья Мещерские, Нарышкины, князья Одоевские, князья Репнины, графы и дворяне Салтыковы, Соковнины, князья Трубецкие, Хитрово, князья Черкас¬ские, князья Шаховские, графы и дворяне Шереметевы, князья Щербатовы. Эти и целый ряд других фамилий, относившихся к среде княжеской аристократии, старомосковской знати и верхушке провинциального дворянства XVII столетия, продолжали занимать весьма прочные позиции в составе чиновной элиты стра-ны, составляя своеобразное консолидирующее ядро господствующего сословия. Подорвав монополию боярской аристократии на власть, «новая знать» тем не менее была не в состоянии заменить древнюю и родословную часть дворянства, обладавшую значительными земельными богатствами, огромным числом кре¬постных крестьян и многовековыми традициями службы на высших государственных постах.
ПРИМЕЧАНИЯ К введению
1 Поскольку в царствование Петра I боярство становится частью дворян¬ского сословия, термин «дворянство» используется в работе как синоним со¬словия светских феодалов в целом.
Под «имением» в данной работе подразумевается весь комплекс земель (как поместных, так и вотчинных), принадлежавших дворянству, с поселенны¬ми на этих землях крепостными. В соответствии с правовой традицией изучае¬мого времени, термины «поместье» и «вотчина» используются при изложении вопросов, относящихся к периоду до издания Пунктов 1714 г., которые факти¬чески уравняли статус обеих форм феодальной собственности на землю. Начи¬ная с 1714 г., для обозначения дворянской земельной собственности употребля¬ются термины «вотчина» и «недвижимое имение».
3 Далее в работе также используется аббревиатура ЦЧР.
4 См.: Водарский Я.Е. Задачи изучения региональной истории // Пробле¬мы региональной истории России. Ч. 1. Липецк, 1997. С. 4-9.
3 Рубинштейн Н.Л. Сельское хозяйство России во второй половине XVIII в. М., 1957. С. 20-21.
6 Докучаев В.В. Русский Чернозем // Избранные сочинения в 3-х тт. Т. 1. М., 1948. С. 240.
у
За исключением Бахмутской провинции. Чересполосно расположенные с великороссийскими земли, населенные черкасами, не входили в состав Белго¬родской и Воронежской губерний - Российский государственный архив древних актов (далее: РГАДА). Ф. 264. Оп. 2. Д. 37. С. 938, 972 и др.; Готье Ю. История областного управления в России от Петра I до Екатерины II. Т. 1. М., 1913. С. 110, 119; Водарский Я.Е. Дворянское землевладение в России в XVII-первой половине XIX в. (размеры и размещение). М., 1988. С. 182-183. См. также: Бе¬режная С.В. К вопросу об определении северной границы Слобожанщини // Проблемы исторической демографии и исторической географии Центрального Черноземья и Запада России. Липецк, 1998. С. 28.
8 Важинский В.М. Землевладение и складывание общины однодворцев в XVII веке. Воронеж, 1974. С. 5, 43-44.
9 Наиболее полным источником, характеризующим размещение и струк-туру поместно-вотчинного фонда светских феодалов на начало XVIII в., явля¬ются Сказки Генерального двора 1700 г. Подавляющее большинство сказок III ревизии, материалы которой также послужили источниковой базой для данной работы, подавалось в 1762 г.
10 Неволин К.А. История российских гражданских законов. Т. 2. СПб., 1851. С. 117-119, 123-124, 126-128, 206; Он же. История российских граждан¬ских законов. // Неволин К.А. Полн. собр. соч. Т. IV. СПб., 1857. С. 159; Сергее¬вич В. Лекции и исследования по истории русского права. СПб., 1883. С. 940¬941, 947, 949-950; См. также: Соловьев Я. Об однодворцах // Отечественные за¬писки. Т. 69. СПб., 1850. Отдел. 2. С. 95; Васильчиков А. Землевладение и зем¬леделие в России и других Европейских государствах. Т. 1. СПб., 1876. С. 305¬306.
11 Васильчиков А. Указ. соч. С. 362, 364; Сергеевич В. Указ. соч. С. 950, 952; Блюменфельд Г.Ф. О формах землевладения в древней России. Одесса, 1884. С. 218-219; Неволин К.А. История российских гражданских законов. Т. 2. СПб., 1851. С. 254-255; Якушкин В. Очерки по истории русской поземельной политики в XVIII и XIX в. Вып. 1. XVIII век. М., 1890. С. 4-6; Романович- Славатинский А. Дворянство в России от начала XVIII века до отмены крепост¬ного права. СПб., 1870. С. 238; Ключевский В.О. Русская история. Полный курс лекций в 3-х кн. Кн. 2. М., 1993. С. 525-530; На слияние поместья и вотчины в единый тип земельной собственности также обратили внимание Я. Соловьев и
Н.А. Благовещенский, однако данный факт рассматривался ими скорее как ре¬зультат издания указа 1714 г., а не итог длительного процесса- Соловьев Я. Указ. соч. С. 96; Благовещенский Н.А. Четвертное право. М., 1899. С. 89.
12 Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. Киев, 1888. С. 218, 477-478, 481-483; Неволин К.А. История российских гражданских законов. Т. 2. СПб., 1851. С. 277; Неволин К.А. История российских граждан¬ских законов // ПСС. Т. IV. СПб., 1857. С. 324-350. Неволин перечисляет и иные ограничения прав владения и пользования недвижимыми имуще ствами, пере¬чень которых сходен с ограничениями, которые усматривали другие отечест¬венные историки (на леса, недра, мельницы, места промыслов и т.д.).
13 Лакиер А. О вотчинах и поместьях. СПб., 1848. С. 33-36.
14 Шульгин М.М. Землеустройство и переселения в России в XVIII и пер¬вой половине XIX вв. М., 1928. С. 4-5.
15 Там же. С. 3-6, 9-10, 17-18, 144.
16 Васильчиков А. Указ. соч. С. 443, 445; Шульгин М.М. Указ. соч. С. 18¬21; Владимирский-Буданов М.Ф. Указ. соч. С. 478.
17 Романович-Славатинский А. Указ. соч. С. 115, 154-157, 238-239, 243¬247, 256-257. Констатируя факт взаимосвязи служебных обязанностей дворян¬ства и права сословия на владение землей, историк, в отдельных случаях, про¬тиворечит себе, указывая, что в 1-й четверти столетия дворянин начинает нести службу как представитель «известного» сословия - Там же. С. 117. Практически те же идеи высказывались И.Е. Германом - Герман И.Е. История межевого за¬конодательства от Уложения до Генерального межевания (1649-1765). М., 1893. С. 221-223, 229, 235-236; Он же. История русского межевания (Курс). М., 1910.